Наталья Бульба - Воплощенные

После ужина он о чем-то долго разговаривал с отцом, время от времени бросая быстрые взгляды в мою сторону. Я каждый раз вздрагивала, как по наитию поднимая глаза на него именно в этот момент.

Уже укладываясь спать, сестра рассказала мне, отчего хмурилась мама, наблюдая за своим мужем и Эриаром. Совет клана посчитал, что именно князь воздушников станет для меня лучшим спутником. Палач Круглого стола, вечно одетый в черное, с припорошенными пеплом чужих душ темными волосами.

Та ночь была самой длинной в моей жизни. Сердце сладко замирало, когда в рисуемых памятью картинках он проходил близко от меня, а разум умолял не грезить о возможном счастье, уверяя, что я пожалею о сделанном мною выборе.

Прошло двадцать лет, а я все еще не могла решить спор между сердцем и разумом.

– Дор Шинар, – мне нужна была передышка, чтобы справиться с нахлынувшими воспоминаниями, и я нашла способ себе ее обеспечить, – предупредите командира охраны, что внутри крепости я не нуждаюсь в сопровождении.

– Моя лери, – я отметила жест, которым Эриар запретил воину говорить, – дор Шинар не может этого сделать. Это мой приказ.

Моей лукавой улыбки он не заметил, как и движения, которым я открыла скрытый переход. Внутренняя структура Самар’Ин напоминала многослойный лабиринт с множеством потайных ходов и ловушек. Вот только находились они на ином плане и доступны были лишь тому, кто обладал таким же даром, как у меня. А таких… Сейчас в этой крепости нас было лишь двое: я и Даша. Правда, о том, чем она владеет, ей только предстояло узнать.

Когда я вновь появилась на площадке между двумя уровнями башни, где их оставила, во взгляде коменданта увидела уважение. Князь же казался заледеневшим, словно моя выходка вызвала в нем сильные чувства, которые он поторопился скрыть за внешней бесстрастностью.

– Князь, – мой голос был спокоен, я не собиралась давать ему понять, что ощутила отголоски бушующей в нем бури, – пока я лери Арлаков, сама крепость оберегает мою жизнь так же, как воздух – вашу.

– Дор Шинар, – тон Эриара был все так же холоден, но вот мимика его подвела: уголок губы лишь дернулся, намекая на возможность улыбки, но я слишком внимательно следила за реакцией мужа, чтобы этого не заметить (впрочем, я не исключала и того, что это было его желание), – удовлетворите просьбу лери, но только пока она будет находиться внутри малого джейсина.

Я удивленно приподняла бровь и… сдержала тяжелый вздох. Эти интонации мне были слишком знакомы, именно так обычно разговаривали отец и мама.

– Вас не убедила моя демонстрация? – О, стихии! Когда я назвала его мужем, не ведала, чем именно это закончится.

– Убедила, – неожиданно жестко и не оставляя шанса ему возразить, ответил Эриар. – Но я не просто так поднимался сегодня в небо. Линии силы вокруг крепости еще не восстановились. Плотность плетения достаточна лишь вокруг святилища, за этими стенами она еще не способна вас уберечь.

Мне пришлось отступить, теперь мое лицо пылало от смущения. Я сама ввела его в святая святых Арлаков, сама переплела нити его моры с даром моих предков. И пусть он получил далеко не все, ощутить защиту ему вполне по силам.

Комендант, сославшись на неотложные дела, покинул нас на пути к дворцу. С ним молчать было не столь тягостно.

– Я весь внимание, моя лери, – произнес Эриар, когда мы подошли к резным воротам, предварявшим небольшой палисадник у малого входа.

В какой-то момент мне показалось, что я слышу сожаление, но стоило только посмотреть на его лицо, чтобы засомневаться в этом.

Я знала, ради чего приняла его равным себе – без его опыта мое возвращение становилось окончательным крахом клана, но я не думала, что мне будет столь тяжело.

Возможно, мои чувства к нему…

Мне стоило забыть о прошлом, но оно отказывалось оставлять меня. Если я когда и любила его, это было слишком давно, чтобы оказывать влияние. А вот обвинения, брошенные им мне в лицо, звучали, как если бы все это было только вчера.

– Идемте, князь, – я взяла себя в руки, напомнив себе, что от моих метаний станет только хуже, – я должна вам кое-что показать.

Коридоры были пусты, дворец еще спал. Охрану Эриар сосредоточил в жилой части, воинов не хватало, ему пришлось выбирать. Наши шаги не тревожили царящей вокруг тишины. Муж двигался так, что даже воздух не выдавал его присутствия, меня же скрывала кровь рода, навечно впитавшаяся в древние стены.

– Где мы?

Муж остановился за миг до того, как на его пути вспыхнули тонкие нити заклинания.

– Идемте, я потом расскажу.

Ему ничего не оставалось, как последовать за мной.

Плетения еще несколько раз расцвечивали сумрак, прежде чем портал перенес нас в подземелье.

– Вы мне настолько доверяете, моя лери?

Он усмехнулся, когда я, приложив ладонь с перстнем на пальце к центру лабиринта, изображенного на двери, легко толкнула ее, открывая.

– У меня нет выбора, князь, – с ноткой горечи прокомментировала я его вопрос. – Либо мы вместе победим, либо вместе погибнем.

– Вы правы, моя лери. – Иронии больше не было в его голосе. – Выбора у нас нет, только победить. – И когда я резко обернулась, добавил, столь же равнодушно, как и всегда: – Не думаю, что Александер и Дария простят нам нашу слабость.

Это было почти как признание в любви. Почти… И как же оно запоздало.

– Здесь то, что всегда позволяло клану выжить. – В этот самый момент я поняла, почему на его лице так часто появляется безжизненная маска. Так было значительно проще. – Золото, камни, артефакты. Но, что еще более важно, продовольствие. Наш стратегический запас.

– На сколько он рассчитан? – Эриар был собран, как и подобало князю.

– При полном гарнизоне и с беженцами из окрестных деревень, то на тринадцать лунаров, плюс зерно и семена для посева.

– Вы предлагаете им воспользоваться?

Он продолжал стоять на пороге, так и не проходя внутрь. Казалось, наш разговор был для него важнее, чем созерцание сундуков. Они рядами выстроились в этом самом маленьком зале, с которого я начала его знакомство с тайнами Арлаков.

– Если мы будем закупать продовольствие у вольных, те поднимут цены. Торговаться с кланами – лишить их собственных запасов. В преддверии войны это недопустимо.

Эриар, соглашаясь, кивнул. Вот только я чувствовала, что согласие его вынужденное.

– Но если мы поднимем все наверх, ослабим себя.

Моя невольная улыбка заставила его посмотреть на меня внимательнее.

– У вас есть план?

Я ожидала удивления, все-таки отношение к женщинам в этом мире отличалось от того, к чему привыкла я. Но ни во взгляде, ни в жестах не было ничего, подтверждающего появившуюся внезапно мысль.