Шальной вертолет 1944. Ловушка для Гитлера - Алексей Соболев

Со стороны Рузвельта и Черчилля последовали возражения. На что Сталин ответил, что все сказанное им станет обязательно только в случае капитуляции Германии в мае этого 1944 года. Рузвельт попробовал съязвить мол не долго ли наступать будете мистер Stalin? А Иосиф Виссарионович ему ответил, что могли бы и быстрее, но обозы за наступающими частями не успеют. Так что расчетное время — май. Скорее всего 9 мая, это плановое число.

Черчилль же делал круглые глаза, потом встал и… Сталин ему сказал, что он знает о чем думает мистер Уинстон. Тот поинтересовался. И Иосиф Виссарионович ответил, что мол Черчилль мысленно называет его идиотом. Британец немедленно покраснел — Сталин был прав. Но он, Иосиф Виссарионович, не обижается, т. к. понимает, что сейчас грубо ломается не только их сознание, но и мироустройство. Но, если мистер Черчилль хочет, то Сталин готов с ним встретиться в Берлине в мае. Годится?

В общем, Вторая Тегеранская конференция закончилась шоком для американцев и англичан, убывших к себе в сильно взбешенном состоянии, хотя многие все же посчитали, что Сталин не политически названный параноик, а в медицинском смысле. Сталин только усмехался и был в превосходнейшем настроении. Он предвкушал, как будет ставить условия после Дня Победы в 1944 году!

А вот его-то и предстояло готовить мне с Олей, Паше, Лехе и пяти сотням наших бойцов. Как «местных», так и наших «будущанских»…

* * *

[1] В реальности так примерно и было (и остается до сих пор), что у Советского Союза были огромные запасы химических боеприпасов способных в один-два дня, максимум неделю, отравить всю Германию без остатка. В те времена химическое оружие было страшилкой сродни современному ядерному оружию. И слава Богу, что оно нигде, кроме как немцами в катакомбах в Крыму против крымских партизан, применено массово не было. Зимой и весной 1943–1944 годов особая сапёрная команда Вермахта в Керчи накачивала в штольни катакомб ацитилен. Этот газ, накапливаясь в высокой концентрации, взрывался. Погибли в основном гражданские, женщины и дети. Ответственным за это преступление был генерал Эрвин Йенеке, который увы получил только 25 лет лагерей из которых почему-то отбыл только 13.

[2] В нашей истории и реальности Житомир был освобожден спустя два месяца 31 декабря 1943 года.

[3] В нашей реальности он был арестован за заговор против Гитлера в июле 1944 года и повешен 9 апреля 1945 года.

[4] В нашей реальности Манштейн дожил до 1973 года.

[5] В нашей реальности Гот дожил до 1971 года

[6] Очень прошу вас не забывать, что сейчас вы читаете всего лишь приключенческую фантастику. И автор же в аннотации обещал вам передел мира — получите, распишитесь!:))

— Мой фюрер… Русские предложили капитуляцию! — мрачно доложил Гитлеру военный министр Рейха Вильгельм Кейтель.

— Что? Сталин решился сдаться? — удивился Гитлер.

— Вы неправильно поняли, мой фюрер. Сталин предложил нам самим капитулировать. Заявление сделано публично.

— Каков наглец… — тихо произнес Гитлер — И какая же реакция в мире?

— Вся мировая пресса вне себя от смеха и издевок в отношении Сталина. После того, как он наговорил глупостей на второй встрече в Тегеране, его уже никто всерьез не воспринимает.

— Прекрасно! Йозеф в курсе? — уже улыбаясь спросил Гитлер, видя что Геббельса на совещании нет, он просто запаздывал.

— Так точно, мой фюрер! Скажу сразу, мне доложили, что смеялся он долго. — улыбаясь ответил Кейтель.

— Что скажет новый шеф абвера? — обратился Гитлер к генерал-лейтенанту Пиккенброку [1].

— Могу я говорить откровенно, мой фюрер? — голосом не предвещавшим никакой позитивной информации уточнил тот.

Гитлер — а он стоял — подошел к Пиккенброку и внимательно посмотрел ему в глаза. Именно в этот момент он почувствовал, что смех над Сталиным не имеет ничего общего с реальным положением дел. Что Сталин знал о чем говорил.

— Это ваша работа. Ганс, говорить вещи, которые отличаются от бравурных рапортов.

— Благодарю, мой фюрер! Так вот я бы не был неосторожен в оценке возможностей Сталина. С самого начала Восточной компании нас терроризирует известный вам Nikitin. Его воздействие за два с половиной года войны не ослабевало, а только возрастало. Оружие невиданной точности и почти полная неуязвимость поставило под угрозу само существование Люфтваффе, эскадры которых он щелкает чуть ли не мимоходом.

— Я бы вас попросил быть поосторожнее в оценках Люфтваффе! — не выдержал новый его шеф генерал Зенгер [2]

— А как еще можно оценивать Люфтваффе, если наша авиационная промышленность не успевает производить самолеты для пополнения после того, как Nikitin проредил Люфтваффе? Вам напомнить чистку им ваших рядов в начале лета прошлого года, когда он буквально прогастролировал по всем фронтам? Знаете как русские назвали ту операцию? «Гастроль» — так она называлась. И все Люфтваффе, даже с применением новейших локаторов не смогло остановить этого русского варвара!

Зенгер ничего не мог на это ответить. Корпоративная честь Люфтваффе, если так можно сказать, была растоптана всего одним пилотом неуязвимого аппарата.

— Успокойтесь, господа! — осадил обоих Гитлер — Продолжайте, Ганс!

— В сентябре мы столкнулись с невиданными доселе аппаратами, которые высадили десант из всего одного батальона и сами поддержали его сокрушающим наши дивизии огнем. А в том районе, вы помните, было пять моторизованных дивизий из которых одна танковая. Откуда у русских взялись эти аппараты, которых по оценкам было не менее трех-пяти десятков, никто не знает. Известно только об одном объекте, где эти аппараты могли быть произведены и испытаны, в Tatarstan, на который наши агенты проникнуть так и не смогли.

Гитлер мрачно кивнул… Он помнил рассказ Ценера о той базе. Там было две машины и обе исключительно ударные, без возможности транспортировки и высадки десанта. Обсудить с ним, что за машины были применены русскими в десанте южнее Kiev Гитлер так и не успел.

— Меньше, чем через месяц, при попытке заманить Nikitin в ловушку, был высажен совершенно невероятный десант в котором десантные контейнеры возникали из ниоткуда и из них выскакивали солдаты, подготовка которых намекала на то, что это ударные спецподразделения. Итог событий имевших прямую связь с этой акцией вам известен: русские стоят у предгорий Карпат, ими отбиты Крым и черноморское побережье.

— При этом севернее все осталось по прежнему, Ганс. Мы терпим временные неудачи! — начал заводиться Гитлер.

— Боюсь, что дальше я скажу совсем уж неприятные вещи,