Аарон Оллстон - X-Wing-5: Эскадрилья-призрак
— Мы просить прощения, офицер Тайнер.
— Зачем? — сердито буркнул еще не остывший Келл. — Зачем ты устроил там всю эту ерунду?
— Мы не знаем.
— Он не знает! Слушай, когда устраиваешь мятеж, обычно помнишь, по какой, собственно, причине!
— Все не просто…
Чужак задумался, бормоча что-то себе под нос, словно обсуждал сам с собой неведомые проблемы, а в результате все четыре пилота успели зайти внутрь кантины.
Когда-то, когда база Фолор еще была действующей горняцкой колонией, это большое просторное помещение использовали под общую столовую. Противоположную от входа стену видно не было, но вовсе не из-за габаритов зала. Скорее обвинять в этом следовало отсутствие освещения, свет давали только несколько голографических проекторов и неоновая вывеска.
Келл предложил занять стол на четверых возле стены, но Хрюк указал на соседний; тот был много больше размером — Скоро к нам присоединятся другие, — пояснил гаморреанец; механический голос легко перекрывал общий шум.
Келл был вынужден согласиться.
Когда все расселись, он вновь вернулся к прерванной беседе.
— Ну так что?
Желтый-4 рассмеялась, и Келл впервые обратил на нее внимание.
По стандартам «ПроСтоя» у их столика было довольно много света, потому что над ним на стене висела сине-зеленая реклама «абракса», так что Тайнеру удалось хорошо рассмотреть девушку… и поразиться.
Если бы ему предложить написать портрет идеальной женщины, Келл без колебаний предложил бы Желтого-4. Она была высока и сухощава, светлые волосы (вероятно, при нормальном освещении она окажется блондинкой) были завязаны в длинный хвост. Одной улыбкой она сумела бы превратить идеальную маску военной бесстрастности в необычайно красивое и живое лицо. А она сейчас улыбалась.
Неожиданный дискомфорт и неловкость удалось замаскировать рычанием: — И что смешного?
Келл вдруг выяснил, что во рту у него сухо, как на Татуине.
Девушка примирительно протянула руку.
— Прости. Меня зовут Тирия Саркин. Просто ты такой взъерошенный и сумбурный, что мне стало весело, — голос у нее был гортанный и низкий, а говорила девушка с таким густым акцентом, что трудно было не обратить внимания.
Но она становилась только очаровательнее.
Келл все-таки пожал ей руку и ухмыльнулся — неуверенно и немного угрюмо.
— Когда будет у тебя вакуум вместо. счета, станет не до смеха.
— Наверное. Ну, прости, пожалуйста.
— Мы ответим, — вдруг сказал длинномордый. — Но сначала: мы — Кроха. Для друзей, когда не злятся они на нас Келл нахмурился.
— Кроха?
— Правильно. Мы — крошка, если сравнить с брат и сестра от нас. Никто из них не помещаться в кокпите. Итак. Ты спрашиваешь: почему не помним? Мы вспоминаем. Раньше не могли, мы сделали то, чего мы не совершали. Это пилот.
Тирия спросила: — Какой еще пилот?
— Мы.
Келл чуть не сполз со стула, помешала столешница, в которую он уткнулся лбом и тут же пожалел об этом, потому что прилип к темной, неопознанной субстанции, в которой был испачкан стол. Тайнер освободил лицо и принялся яростно соскабливать с кожи остатки.
— Я ничего не понял, — пожаловался он. Тирия сказал: — Кажется, я поняла. Кроха, ты говоришь о многих организмах или многих разумах?
Heчеловек широко осклабился, радуясь, что хоть до кого-то дошло.
— Разумы.
— У тебя несколько сознаний, и одно из них — пилот.
— Да! Да.
Келл скептически фыркнул.
— Твой пилот должен мне две тысячи триста очков и заслуживает взбучку.
Кроха с сомнением вздохнул, — Мы знаем. Нам жаль. Наш пилот заслужил много взбучек. И переводов из многих подразделений. Мы думаем, скоро последняя. Коммандер возьмет нас за шкирку и пнет, вот увидите.
К несказанной радости Келла, необходимость отвечать отпала, так как явился официант, и это был самый необычный официант из всех, каких встречал Тайнер. О своем прибытии он известил поскрипыванием и позвякиванием Это был дроид серии ЗПО, и он очень отличался от прочих роботов-секретарей. Те, как правило, носили золотистый или серебристый корпус; этот же был составлен из самых различных частей. Хотя серебристых было больше.
Келл сказал: — Я буду…
— Ждите, — перебил его дроид приятным, но твердым голосом, мелодичным, как у прочих моделей роботов-секретарей. — Я не вижу, чтобы вы были старше остальных по званию или возрасту, я перейду к более древнему протоколу. Дама заказывает первой. Моя госпожа?
Тирия улыбнулась.
— Лум. Только свежий.
Келл сделал еще одну попытку: — Я буду…
— Ждите. Вы мне докучаете, уже два раза. Заказывать будете последним, хотя я исправно выполню ваш заказ. Будете докучать еше, будете пить то, что я вам принесу. И вас стошнит, — робот повернулся к гаморреанцу. — Мой господин?
— Порцию чарбианского бренди и стакан холодной воды.
— Здорово звучит, — Кроха облизнулся. — Нам то же самое. Мне.
Настал и на улице Тайнера праздник. Келл выдержал значительную паузу, чтобы убедиться, что дроид ждет, когда он заговорит.
— Кореллианский виски. И влажную салфетку. Пожалуйста.
Дроид отвесил поклон и, поскрипывая, удалился. Келл горько вздохнул.
— Сегодня не мой день. Здесь даже официанты тираны. На этот раз улыбка Тирии была адресована ему, у алдераанца потеплело на душе.
— Это же Пискля. Ты привыкнешь к нему. У него доброе сердце или то, что у роботов заменяет этот орган.
— А почему дорогостоящий робот разносит напитки в каменном мешке?
— Пискля делает то, что хочет. Несколько лет назад ему предоставили гражданские права. Заезд роботов-беглецов помнишь?
Келл нахмурился.
— Нет.
Тирия придвинулась поближе, чтобы ее было лучше слышно.
— Пискля — знаменитость среди дроидов и даже среди пилотов. Он был на «Быстроходном IV», когда Дарт Вейдер захватил в плен ее высочество Органу. Все люди на борту были убиты, а Пискля вместе с дроидами оказался на Кесселе. Ему поручили инвентаризацию тамошних складов, а он в один прекрасный день организовал для дроидов экскурсию на имперский транспорт, который пришел за грузом спайса Чтобы не вызвать подозрений, они забрались на борт по одному, вот только обратно не выходили. А затем транспорт взлетел и — фьють!
— Как это «фьють»? Я думал, дроидам запрещено пилотировать космические корабли. Подавление всех программ на базовом уровне.
— Так и есть, если не считать некоторых моделей. Нельзя сказать, чтобы Пискля пилотировал корабль. Он просто перепрограммировал автопилот, а тот на бреющем увел грузовик на пару сотен щелчков от порта, из зоны действия ионных батарей, затем выскочил на орбиту и ушел в прыжок из системы. Но Пискля совершенно позабыл об одной детали, — Тирия по-детски хихикнула. — Он забыл, что к западу от порта сплошные каньоны, скалы, ущелья и горные хребты. А программа была задано четко: бреющий полет.