Дмитрий Корниенко - Душа для Командора

– Нет… из других источников. Не думаю, что Орри следят за тем, кто и куда летит. Зато я слежу, и знаю, что небольшой корабль, недавно покинувший Унк-Торн, направляется сейчас к Земле. Именно для того, чтобы забрать Командора после перерождения.

– А кого же еще он может забрать с Земли? – в свою очередь неприязненно съязвил Лорн. – Вы отследили направление при уходе в подпространство?

– В этом не было необходимости. На борту наш агент. Он успел передать эту информацию перед вылетом, – невозмутимо ответил генерал. – И передаст координаты посадки.

– Ваши предложения?

– Необходимо послать на Землю десантников для захвата Командора. Лучше всего направить так называемых Охотников. Они могут перехватить его по пути следования к звездолету или непосредственно при посадке. Корабль наверняка сядет в глуши, как это и делается в таких случаях. Наш крейсер уже будет на орбите Земли, и как только будет получен сигнал от агента, десантный бот войдет в атмосферу планеты.

– А если они не успеют?

Генерал все-таки не смог отказать себе в удовольствии снисходительно улыбнуться:

– Успеют. Мы предусмотрели все. Даже если Командору удастся покинуть Землю, его звездолет направится на Крон. Они выбрали небольшой корабль, чтобы быть незаметнее. И учитывая тип корабля, без дополнительного топлива им на Крон не попасть. Полагаю, капитан планирует заправиться на одной из нейтральных планет. Во всех таких космопортах мы подготовим им встречу. Сил у нас хватит.

– А если они смогут заправиться в таком месте, о котором мы не знаем?

– Исключено. Все данные о секретных базах расы Аргейзе у нас в руках. Кроме того, если корабль Командора все-таки вырвется с Земли, мы отследим направление прыжка в подпространство и будем знать, где он появится, – Грас самодовольно ухмыльнулся. – А если все же представить, что по пути, вопреки всему, им удастся заправить корабль, и они долетят… На выходе из подпространства на орбите планеты Крон их будет ждать наша эскадра.

– Подготовьте соответствующие приказы для перехвата. Но лучше это сделать на Земле. И постарайтесь взять его живым. Он сможет ответить мне на некоторые вопросы, связанные с проектом "Родственные души". Этот негодяй везде успевает быть первым.

– Слушаюсь, Комендант, – сказал Грас, но уходить не спешил и продолжал стоять, будто что-то обдумывая.

– У вас что-то еще, Грас? – удивленно поднял брови Лорн.

– Да, Комендант. У нас есть все основания полагать, что на посланном за Командором корабле ОНО.

– Что?! – Лорн дернулся. – Я боялся и подумать об этом… даже не предполагал… Насколько это вероятно?

– Мы знаем это почти наверняка.

– Вот как… Тогда план будет другим.

Проходя мимо распахнутых дверей гостиной, еще не придя в себя и сонно щурясь от яркого света в коридоре, Андрей перевел взгляд в сторону гостиной и наткнулся взглядом на Кею. Она лежала на диване, поджав ноги, и постанывала во сне.

"Не буду будить, пусть помучается, – злорадно подумал он. – Интересно, что за сказки она теперь расскажет?"

Андрей добрел до ванной, отвернул кран и холодной водой вымыл лицо, но это совсем не помогло, и тогда он залез под душ. Горячая вода не давала эффекта, и пришлось, вопреки обыкновению, принять душ холодный. Сильный напор воды несколько остудил злость, но в голове крутились какие-то планеты, мозг пронзали затейливые космические корабли, и весь этот звездный беспредел он никак не мог остановить.

Обтершись полотенцем и одев серый тренировочный костюм с проступившими сразу мокрыми пятнами, Андрей причесался, припоминая, из какого фильма могли бы быть эти картины, но вспомнить не смог и направился будить Кею. Она уже проснулась и ждала его у окна, отодвинув занавеску, и ее черные волосы, обычно ниспадающие гладкими, отливающими вороненым металлом волнами, сейчас были спутаны и мяты.

"Сейчас скажет что-нибудь глупое и обезоруживающее, вроде "Как ты себя чувствуешь?"", – подумал Андрей. Он ждал, когда же их взгляды встретятся, но, отвернув голову, Кея безразлично вглядывалась куда-то в мерцающее зимней улицей окно.

– Как ты себя чувствуешь? – наконец спросила она очень тихо, не поворачиваясь, но в голосе ее вины не чувствовалось.

– Замечательно! И все благодаря тебе! – с чувством ответил Андрей.

– Я могу теперь называть тебя Командором?

Андрей растерялся и не нашелся, что ответить. Он развернулся и, ни слова не говоря, демонстративно ушел на кухню, заготавливая в голове фразы одна другой мстительнее. И если общаться с Кеей ему пока не хотелось, как и завтракать, то взбодриться требовалось в срочном порядке. Он растворил кипятком кофе в большой кружке, сел за стол спиной к двери и, глядя в окно, стал опасливо прихлебывать горячий напиток маленькими злыми глоточками, когда сзади неслышно появилась Кея и положила руки ему на плечи. Он вздрогнул, но недовольных движений плечами не сделал и замер. Кружка в руках нагрелась и обжигала.

– Ты еще скажешь мне спасибо, – наклонившись, прошептала Кея непривычным, низким голосом, и прядь ее волос коснулась его щеки. – Ты еще скажешь мне спасибо. Сейчас я отойду и скоро вернусь. А ты побудь наедине с собой. Разберись со своими воспоминаниями, а потом мы отправимся в дальнюю дорогу.

Уже когда она открывала входную дверь, Андрей не удержался и язвительно крикнул ей вслед:

– Никаких больше дальних дорог!

Место, к которому прикоснулся ее локон, горело, и он невольно потер щеку. В задумчивости сделав большой глоток, Андрей поперхнулся, обжегся, выплюнул кофе обратно в кружку и неожиданно для себя с размаху грохнул ее об пол. По плитке растеклась темная жидкость со скальными островками осколков. Он озадаченно посмотрел на лужу, еще раз потер щеку и нахмурился. Раньше таких приступов злости с ним не наблюдалось. Хотя… Тогда, на планете Аргейзе… Вот черт, а?! Что за планета, что за бред!? Андрей побежал в спальню, рухнул в издавшую страшный скрип кровать и накрыл голову подушкой.

Он замер так на несколько секунд, затем вдруг резко сорвался с кровати, побежал опять на кухню, громко считая вслух, чтобы заглушить непонятные мысли и картины перед глазами, со звоном вытащил из шкафа бутылку с каким-то крепким алкоголем, разметав попавшиеся на пути стаканы, припал к горлышку, а потом застыл, глядя вытаращенными глазами в никуда. Потом так же спешно трясущимися руками он достал из ящика какое-то успокаивающее, давил упаковку, но непослушные таблетки прыгали по столешнице и все время норовили соскочить на пол. Наконец поймав пять или шесть, он проглотил их, запив из той же бутылки.

И тут Андрей, кажется, стал понимать. Он уцепился за особенно яркую картинку, где перед ним стоит высокий человек в черном мундире с изрезанными серебряными нашивками рукавами, и не отпускал это воспоминание, пока до него не начал доходить смысл сказанного этому человеку.