Джек Вэнс - Монстры на орбите

Солнечный свет лег ей на кожу приятным теплом, но она едва ли ощутила это. Кожа, казалось, покрылась пятнами, воздух был полон заразы, осквернял ее горло, легкие. Джин хотелось принять ванну… За пять миллионов долларов она купит множество ванн. Где здесь каталог? Где-то должен быть каталог со ссылками. Должна быть ссылка… Да, она нашла его и быстро выискала необходимую запись, которая дала ей много пищи для размышлений.

Здесь также была запись, говорящая о том, как пользоваться оживляющим механизмом. Она пробежала ее торопливо, мало что понимая. Такие вещи существовали, она знала. Сильнейшие магнитные поля пронзали протоплазму, захватывая и связывая накрепко каждый отдельный атом. Когда объект хранился при абсолютном нуле, расход энергии был ничтожным. Выключить скрепляющее поле, заставить при помощи проникающей вибрации частицы двигаться — и существо вернется к жизни.

Джин поставила каталог на место и толкнулась к двери.

Снаружи не доносилось ни звука. Эрл мог писать что-нибудь, кодировать события дня на своей очередной фотографии… Ну что тогда? Она не была беспомощной. Она открыла дверь и смело промаршировала внутрь.

Кабинет был пуст!

Джин нырнула в сторону внешней двери, прислушалась. Тихий звук бегущей воды достиг ее ушей. Эрл принимал душ. Самое время удрать.

Девушка толкнула дверь, вступила в спальню Эрла и запустила себя к внешней двери.

В этот миг Эрл вышел из ванной. Его коренастый, отмытый торс был влажным от воды. Он замер как столб, затем поспешно обернул полотенце вокруг талии. Лицо его пошло вдруг красными и розовыми пятнами.

— Что вы здесь делаете?

Джин сказала тихо:

— Я пришла проверить ваше белье, посмотреть, не нужно ли вам полотенце.

Он не ответил, лишь стоял и смотрел на нее, затем хрипло сказал:

— Где вы были в последний час?

Джин сделала дерзкий жест:

— Здесь, здесь. Где вы меня искали?

Он сделал осторожный шаг вперед:

— У меня есть хороший повод…

— Для чего? — она нащупывала за спиной дверь.

— Для…

Дверь открылась.

— Подождите, — сказал Эрл. Он толкнулся вперед, к ней.

Джин выскользнула в коридор в футе от рук Эрла.

— Вернитесь, — сказал Эрл, пытаясь ее схватить.

Миссис Блейскелл, появившись за их спиной, сказала дрожащим голосом:

— Это… я никогда!… Мистер Эрл!…

Эрл, ругаясь и злобно шипя, отступил обратно к себе. Джин заглянула в комнату:

— В следующий раз вы увидите меня, когда пожелаете сыграть со мной в шахматы.

— Джин! — рявкнула миссис Блейскелл.

Эрл сурово спросил:

— Что вы имеете ввиду?

Джин сама не знала, что хотела сказать. Ее ум блуждал. Лучше держать свои мысли при себе.

— Я скажу вам завтра утром, — она шаловливо рассмеялась, — около шести или половины седьмого.

— Мисс Джин! — закричала сердито миссис Блейскелл. — Немедленно уйдите прочь от этой двери!

Джин успокаивала себя чашечкой чая в столовой для прислуги, когда вошел Веббард, толстый, помпезный и нервный как дикобраз. Он высмотрел Джин и голос его стал громким, пронзительным как гобой.

— Мисс! Мисс!

Джин сделала трюк, который, она знала, в данной обстановке произведет эффект. Она вытянула свой юный упрямый подбородок, скосила глаза и, зарядив голос металлом, гаркнула:

— Вы ищете меня?

— Да, несомненно вас. Где вы…

— Ну, а я искала вас. Вы хотите выслушать то, что я собираюсь вам сказать, наедине или здесь?

Веббард заморгал:

— Ваш тон дерзок. Если вам угодно…

— О'кей, — сказала Джин. — Тогда прямо здесь. Во-первых, я увольняюсь. Я собираюсь на Землю. Я собираюсь увидеть…

Веббард тревожно вскинул руку, заозирался. Разговоры за столом смолкли. На них мигом уставилась дюжина любопытствующих взглядов.

— Я побеседую с вами в своем офисе, — сказал Веббард.

Дверь за ней захлопнулась. Веббард вжал свои окружности в кресло. Магнитные нити в брюках удерживали его на месте.

— Ну, что все это значит? Вы знаете, у меня на вас серьезные жалобы.

Джин сказала с отвращением:

— Бросьте их в урну. Говорите здраво.

Веббарда словно громом стукнуло.

— Вы дерзкая распутница!

— Слушайте, хотите я расскажу Эрлу, как я влипла в эту историю?

Лицо Веббарда вытянулось, рот открылся. Он заморгал в четыре-пять раз быстрее.

— Вы не смеете…

Джин спокойно сказала:

— На пять минут забудьте об отношениях «хозяин — раб». Это серьезный разговор мужчины с мужчиной.

— Что вы хотите?

— Чтобы вы ответили мне на несколько вопросов.

— Ну?

— Расскажите мне о старом мистере Эберкромби, муже миссис Клары.

— Нечего рассказывать. Мистер Юстус был безупречным джентльменом.

— Сколько детей было у него с Кларой?

— Семь.

— И старший наследует станцию?

— Старший, всегда старший. Мистер Юстус верил в твердый порядок. Конечно, другим детям было гарантировано место на Станции. Тем, кто пожелал остаться.

— Старшим был Хьюго. Через сколько времени после Юстуса он умер?

Веббард счел беседу в высшей степени неприятной.

— Это все глупая болтовня, — прорычал он.

— Через сколько?

— Через два года.

— Что с ним случилось?

Веббард поспешно произнес:

— С ним случился удар. Сердечная недостаточность. Теперь, что это за разговоры о вашем уходе?

— Когда умер?

— Два года назад.

— И затем в наследство вступил Эрл?

Веббард поджал губы:

— Мистер Лайонелл к несчастью оказался вне Станции, и законным хозяином стал Эрл.

— Скорее, Эрл хорошо рассчитал время.

Веббард надул щеки:

— Хватит, юная леди. Мы уже достаточно вас наслушались! Если…

— Мистер Веббард, давайте раз и навсегда придем к взаимопониманию. Или вы ответите на мои вопросы и прекратите пустые угрозы, или я спрошу кого-нибудь еще. И когда я это сделаю, этот кое-кто будет задавать вам вопросы тоже.

— Вы маленькая наглая дрянь, — зарычал Веббард.

Джин повернулась к двери. Веббард хрюкнул и метнулся вперед. Джин встряхнула рукой: в ней, казалось, из ниоткуда, появилась пластинка дрожащего острого пластика.

Веббард в панике забарахтался, пытаясь остановиться в воздухе. Джин подняла ногу и пихнула его обратно в кресло.

Она сказала:

— Я хочу видеть фотографию вашей семьи.

— У меня нет таких фотографий.

Джин пожала плечами:

— Я могу пойти в любую библиотеку и заказать «Кто есть кто», — она холодно его оглядела, свертывая в колечко нож.

Веббард съежился в кресле. Возможно, он принимал ее за маньяка-убийцу. Ни маньяком, ни убийцей она не была, разве что ее к этому вынудят. Она спокойно спросила: