Иван Мак - Стой, бабка, стой

Прошло почти две недели. Ирринг давно прочитал все книги. Теперь вместо того что бы ходить на практические занятия он просто гулял, давая пройти времени. Рэндис не поверил бы, явись Ирринг на телескоп через три дня с заявлением, что все прочитал.

Он приехал туда через две недели. В лаборатории кроме Рэндиса и Лера оказалось еще два человека. Студент пятого курса Термин и лаборантка по имени Линда.

− Смотрите, кто пришел. − Проговорил профессор. − Никак наш долгожданный клоун. Вы все прочитали, господин студент? − Слово "господин" было сказано с язвой.

− Нет, не все, господин профессор. − Произнес Ирринг. Рэндис смолчал на то, что его обозвали господином. − Я не дочитал пять строчек в последней главе последней книги. Времени не хватило.

− Я же сказал вам не являться, пока вы все не прочитаете. − Произнес профессор.

− Господин Рэндис. − Проговорил Ирринг. − По моему, вся эта глупая шутка слишком затянулась. Вам не кажется? В таком случае, скажите прямо, что вы не желаете меня видеть вообще. Я пойду к Дельсьену и попрошу, что бы он перевел меня на другой телескоп.

− Другого телескопа здесь нет. − Проговорил Рэндис.

− Вы забываете про Глерский телескоп. Он не так далеко. Всего то полчаса лету на вертолете. Аппаратура там поновее чем здесь и профессора, думаю, помоложе и без претензий.

− Убирайся вон! − Закричал Рэндис, подымаясь из-за стола.

Ирринг развернулся и молча пошел на выход.

Через полчаса он уже говорил с Дельсьеном. Тот был хмур и недоволен происшедшим.

− Профессор Рэндис уважаемый человек, а вы его оскорбляли. − Произнес Дельсьен.

Ирринг некоторое время молчал, затем выложил на стол перед Дельсьеном магнитофон, из которого послышались слова. Сначала Лера, затем профессора.

− Что это? − Спросил Дельсьен.

− Я думал немного повеселиться, когда пришел туда в первый раз и захватил с собой диктофон. Слушайте, и скажите, чем я его оскорбил.

Дельсьен слушал. Запись вскоре закончилась и Ирринг выключил магнитофон.

− Вы не должны были с ним так говорить.

− Как так? Я всегда так говорил. С мэром города, например. Он не оскорблялся, а принимал все как шутку. Рэндиса больше задело не то как я говорил, а то, что у меня состояние в сто миллионов. Не понимаю я этого. Он сам заведует телескопом, стоимость которого больше пятидесяти миллионов и нате вам... Революционер чертов. Думаю, пятьдесят лет назад он расстреливал таких как я.

− Вам придется менять тему. − Сказал Дельсьен.

− Почему?

− Потому что вы не сможете работать с Рэндисом. Другого радиотелескопа здесь нет. А про Глерский можете и не думать. Туда вас не допустят.

− Может, мне свой телескоп построить? − Произнес Ирринг.

− Не говорите ерунды.

Ирринг не стал ничего доказывать. Ему незачем было выбрасывать деньги на ветер.

− Приходите завтра, тогда и поговорим. − Сказал профессор и Ирринг ушел.

На следующее утро Дельсьена вовсе не оказалось на месте. Его лекции были отменены, а в обед весь университет облетела новость о кончине профессора Рэндиса. Ночью ему стало плохо. Приехавшие врачи определили у старого человека сердечный приступ и он скончался не дожив еще до обеда. На следующий день в университете был объявлен траур, отменены все занятия. Очень многие провожали Рэндиса и Ирринг ощутил, как люди смотрели на него. Не все, а те кто знал о том, что произошло в тот день перед смертью профессора.

Ирринг слушал слова людей. О том кем был Рэндис, о его мечтах, о его жизни. В молодости он действительно участвовал в революционном движении, во время войны руководил партизанским отрядом, а между этими политическими делами занимался наукой − астрономией, сделал не мало открытий, написал множество книг... Заслуг этого человека было сложно перечесть, как говорил один из ораторов.

На трибуне появился еще один человек. Он был пожилым и некоторое время примерялся к микрофону, а затем начал свою речь о Рэндисе о его революционных подвигах о десятках людей, которые попали под пытки по приказу Рэндиса о расстрелянных... Толпа загудела, а человек продолжал, говоря все громче и объявляя, что Рэндис был садистом, что его любимым занятием в партизанском отряде было пытать пленных. Оратор продолжал кричать, когда его стаскивали с трибуны. Он кричал о преступлениях Рэндиса и говорил что сам попал когда-то в его отряд как пленный и о том, что Рэндис лично участвовал в пытках...

Человека затолкали в полицейский фургон и увезли.

Следующий человек кратко высказался о предыдущем ораторе, объявив его сумасшедшим.

− Он вовсе не сумасшедший! Рэндис был садистом! − Закричал кто-то из толпы.

Кричавшего так же уволокла полиция. Теперь больше никто не кричал, а еще через несколько минут появился новый выступающий, который объявлял Рэндиса героем. Под конец он предлагал увековечить имя профессора и предложил назвать его именем столичный радиотелескоп, тот на котором Рэндис проработал более двадцати лет...

Ирринг не стал ничего больше слушать. Он ушел, сел в свою машину и уехал с кладбища, направляясь к местному участку полиции. Комиссар знал Ирринга лично и был несколько удивлен его просьбой о встрече с двумя задержанными.

− Они вам ничего не скажут. − Сказал комиссар. − Эти двое нам давно известны. Они постоянно устраивают беспорядки.

− Они сейчас в камере? − Спросил Ирринг.

− Да.

− Тогда, посадите меня с ними.

− Вы шутите?

− Вряд ли они заподозрят студента. − Сказал Ирринг. − Я же не похож на миллионера с виду?

− Нет, но они могут знать.

− Не важно. Сделайте это для меня. Мне это нужно.

− Хорошо. Но, если что, кричите, охрана будет рядом.

− Не беспокойтесь. У меня первый разряд по вольной борьбе.

Ирринга посадили в камеру, грубо втолкнув туда так, что молодой человек растянулся на полу.

Охранники ушли. Один из них едва не прошел внутрь, что бы помочь Иррингу встать, но его задержал другой. Дверь в камеру захлопнулась. Ирринг поднялся и сел на нары. Перед ним были те самые двое.

− А тебя за что, студент? − Спросил тот, что выступал.

− За то что хотел много знать. − Ответил Ирринг, вытирая кровь с носа. − Я им сказал про свободу слова, а они...

− Глупец. − Усмехнулся человек. − В этой жизни нет правды.

− Тогда зачем вы пошли выступать?

− Что бы им жизнь сладкой не казалась. Они же все там были.

− Где?

− Партизанили вместе с Рэндисом. На людей нападали, грабили, насиловали. Они были настоящими бандитами. А когда пришла армия стали героями.