Стас Лабунский - К северу от Чернобыля

Успеем? — спросил я его. Он посмотрел на меня взглядом топ-менеджера, который все знает, но на советы размениваться не будет.

Послушай, Акелла, возмутился я, не надо бросаться такими взглядами.

Он мигнул.

Ладно, позже доспорим, согласился я.

Обойдя по большой дуге густой кустарник, я, взяв в руки на изготовку «Гадюку», вышагнул на дорогу.

Здравствуйте, почтенные. Чего стоим?

Слышали пару дней назад у Волка на кордоне, что здесь по утру, встреча будет. Кто-то что-то затевает. Мы с Миколой в неплохих отношениях, а он там из заводил. Вот решили посмотреть, может, и мы на что сгодимся.

Я повесил «Гадюку» на плечо.

Хорошо, сейчас дождемся остальных, — я укоризненно посмотрел на Акеллу, высунувшегося из кустов, и пойдем приводить в порядок дальний комплекс.

Так там же бандиты! удивился один.

Да, работы много, согласился я. — Но ведь никто же не обещал, что будет легко.

Из-за поворота дороги вышло пять человек. Миколу, юнца и дядьку Семена я узнал сразу. Двое с ними, очевидно, были подкреплением. Все были в стандартных армейских бронниках с «Абаканами» наперевес. Их можно было принять за армейскую группу, если бы не чисто гражданская манера идти гурьбой.

Ну, ладно, кажется все в сборе.

Я энергично махнул рукой. Через три минуты мы объединились в одну команду.

Познакомимся в процессе работы, скомандовал я. — Задача простая: на дальнем комплексе, на заднем дворе пятнадцать двухсотых, некоторые в очень плохом состоянии, взорвались на растяжке. Быстренько убираем эту помойку, собираем трофеи, обследуем здание, — я достал оба наладонника и отдал их Миколе. — Один Егеря, второй не знаю чей, ну там всякие тайники, ну ты понимаешь.

Понимаю, подтвердил Микола. — Но Крот в этом деле лучше соображает ему и карты в руки. — Он передал наладонники одному из пришедших с ним новичков.

Все, что найдем, стаскиваем в административное здание заправки. У нас там будет штаб-квартира.

Там кровососы, выдохнул один из стоявших на дороге.

Вношу две поправки, не кровососы, а один кровосос. Вторая поправка, был да помер. Если делать нечего, можем и похоронить. Все начинаем, зданием большое. Там вчера мимоходом «долговцы» прошли, но, наверняка, и нам много осталось.

Плакса залез к Миколе на руки, и слазить явно не собирался. Герда с Акеллой влились в состав отряда легко и непринужденно. Дядька Семен косился на Герду, но Акеллу воспринимал как равного себе.

За разговорами и переглядываниями мы быстро дошли до строения и приступили к работе. Дядька Семен вытащил откуда-то куски брезента. Быстро положив на них наиболее неприятные фрагменты, народ утащил все эти руки-ноги к «жарке», после чего я с удовольствием стал наблюдать за работой настоящих профессионалов. Крот высветил на GPS Егеря пять тайников, один из них находился у нас на заправке, но остальные четыре были здесь. Настроение у всех улучшилось до невозможности. Брезентовый куль с разгрузками и оружием братков воспринимался как легкая закуска перед обедом. Все прикидывали, с какого тайника лучше начать. Самый ближний к моему немалому удивлению обнаружился в вентиляционной камере верхнего перехода.

Семен, Крот, за мной. Микола, внизу за старшего.

Через две минуты мы были на месте. Крот сморщил нос и встал на четвереньки. Я тоже люблю стоять на четвереньках, подумал я, это практически моя любимая поза и встал рядом. Прямо под доской стоял небольшой ящичек.

Десять раз мимо пройдешь, если не знаешь, где стоит, не заметишь.

Видали штучки и похитрее, с довольным видом ответил Крот.

Мы откинули крышку: четыре контейнера с артефактами, около десятка антирадиационных комплектов. Желтым отблеском сверкали бронебойные патроны к «Гадюке».

Это мы удачно зашли, прокомментировал Крот, и перебросал все из тайника в свободный рюкзак.

Когда мы вернулись во двор, мы увидели идиллическую сценку — юнец сидел у стены, на коленях у него лежал Плакса, а слева и справа развалились взрослые псы. Как он ухитрялся двумя руками почесывать всех трех одновременно, для меня осталось загадкой. Прямо перед ним стояло два битком набитых рюкзака.

Там у них на втором этаже, в кабинете Егеря, запасной склад богаче оружейки будет. Прицелы, глушители, продукты, патроны. Вон два рюкзака одних медикаментов вытащили.

Сбросив свой рюкзачок перед студентом, я повернулся к Кроту.

Ну, что у нас там дальше?

Вот, ткнул он корявый палец в экран наладонника, личный тайничок Егеря. Сейф в развалинах.

Азарт поиска и охоты за добычей просто распирал меня. Вывернувшись из рук студента, ко мне подскочил Акелла.

Да лежи, ты лежи, собакам это не интересно. Это наша охота, неправильных псов.

Акелла недоверчиво покосился.

Клянусь, если там будет что-нибудь вкусненькое, принесу, заверил я. Удовлетворенный моим обещанием, Акелла лег обратно.

Мы проскользнули на соседний двор между бетонными плитами забора.

Держитесь за мной, сказал я. — Ходил тут вчера. Только оттуда сюда.

Быстро проскочив мимо чего-то пузырящегося и хлюпающего, я прошел по границе серебристого и сверкающего. Выйдя на чистое место, я обернулся. Оба сталкера легко повторили мой маневр, и подошли ко мне.

Ну, что, где этот сейфик?

Я так прикидываю, он возле второй колонны фундамента.

Крот уверенно двинулся вперед, мы потянулись за ним.

Вот сейфик! изумленно присвистнул дядька Семен.

Я тоже посмотрел на сейф, как на родного мне человека. «Крупп» двадцать восьмого года. У нас в хранилище стояло два таких старичка, и я думал, что я один знаю его тайну. Крот потянул на себя ручку двери, и толстая бронированная плита легко отошла.

Чтоб этому Егерю ни дна, ни покрышки! — высказался Дядька Семен.

Речь Крота была более конкретна и абсолютно нецензурная. Когда он дошел до способов секса Егеря с его сейфом, я выгреб две бутылки водки и нажал на верхнюю панель. Промежуточная перегородка ушла вниз, и мы увидели второе отделение.

Ну, конечно, в нем метр длины, среагировал Крот, а тут сантиметров тридцать.

Я помотал головой. Шесть дней, как мне были не нужны деньги. Кажется, они еще долго мне будут не нужны. Первый рюкзак мы набили под завязку, второй — на три четверти.

Интересно, сколько тут? — ткнул ногой полный рюкзак Дядька Семен.

Прикинь по весу, ответил я.

Килограмм двадцать пять.

Сто евровыми бумажками миллион весит пятнадцать килограммов. А тут сотки напополам с двухсотками, и несколько пачек с пятисотками. Так что, считай, миллиона два точно.

Крота заколотила крупная дрожь.

Это по триста тысяч на брата, он достал еще один рюкзак, кинул туда тридцать пачек стоевровых банкнот и сказал, все, я свою долю взял, сваливаю с Зоны на хрен. И вы, мужики, не тупите, такой фарт раз в жизни выпадает. Поделите все по-честному без стрельбы и разбегайтесь.