Сергей Плотников - Обретенная

– Вот. – Ната вернулась через минуту, показав мне компактный, изогнутый под анатомический изгиб тела прибор. – Тут… есть «нейропсиактиватор структурирующего типа». Думаешь, это «грань»?

– Или что-то на её основе. – Я стянул с себя «рубашку» от рабочего спецкостюма. – Коли.

– Но…

– Давай. Надо решить этот вопрос раз и навсегда. – Я сел, и девушка нерешительно приставила мне аптечку к основанию шеи со стороны спины. – Я уже побывал под этой штукой, ничего страшного, хоть и неприятно. Коли!

Жена послушно активировала сенсор. Хорошие во вселенной-1 медтехнологии, почти и не ощущается ничего.

– Сразу после выхода в нормальное пространство вколи мне нейроблокатор, я отрублюсь, но не так надолго, как обычно. Если я правильно понимаю его действие, он в том числе и антагонист этой нейроактиваторной мерзости… – Я почувствовал, как у меня перед глазами всё плывет, и поспешил договорить: – Я буду «выталкивать» тебе воспоминания, те, что мне покажутся самыми важными для тебя, если получится. Главное, не перенапрягайся, тебе ещё переговоры с диспетчером вести и всё остальное. Тайна тебе перекинет контакты детей, вызовешь их, как только сможешь. Пусть готовятся. Наверняка нельзя просто так взять и уйти с уроков. Они сразу тебя узнают и обра…

Многоярусной железнодорожной станции, сплошь заставленной товарными вагонами всех мастей и видов, я порадовался, как родной: ещё не хватало заплутать в собственном мозгу оттого, что в этот раз подсознание визуализировало мне нечто незнакомое…[4] Но нет, всё осталось по-старому, кстати, я даже обнаружил так и не прицепившиеся ни к какому составу отдельные редкие «вагоны» памяти безымянного мерха: видимо, ассоциации так и не смогли образоваться, и воспоминания оказались мне недоступны. Ну и пофиг, сейчас не до них. Ага, а вот и знакомый тоннель-мост – виртуальные рельсы протянулись к чужому сознанию. Значит, мои «вагоны» надо толкать туда, главное, самому себе «жёсткий диск» не форматнуть… Ага, вот как это делается, оказывается: воспоминание одновременно начинает двигаться к «выходу» и остаётся… Наверное, это даже забавно… будет осознать. Если вспомню. Момент, когда виртуальная логистика сменилась темнотой, я не уловил.

– Вот теперь мы точно в одной лодке. – Я сжал ладонями адски трещащую голову.

Боль была такая, что я почти не мог думать… Впрочем, спустя почти бесконечные десять минут начало отпускать. Да, теперь я понимаю, почему Ната говорила о дяде с такой ненавистью! Я тоже за такое самочувствие убить готов… кого-нибудь.

– Ната?

Когда способность более-менее связно воспринимать окружающий мир вернулась, я обнаружил, что мы в медотсеке катера, причём я лежу на спине на столе-кушетке, а жена обнимает меня за голову, прижимаясь грудью к затылку, заглядывает в глаза… М-м-м, так приятно, что даже боль отступила на задний план. И лицо такое испуганно-ожидающее, что я не удержался и притянул её голову к своей. Может, врачом стать?.. Потом, в смысле. Сам себе прописал… м-м-м, лекарство – и принял, по строгому расписанию!

– Всё в порядке? – спросил я, неохотно отпустив голову любимой.

Горька участь медика: лекарство надо дозировать!

– На планете, приземлились по плану, сняла остров с посадочной площадкой и коттеджем, кроме нас, тут никого, – скороговоркой отчиталась Ната. – Я… видела… Прости. Прости! Прости меня!

– Это мне надо извиняться. – Я шевельнул кистью руки, отмечая, что стоило бы полежать ещё: мышцы как ватные. – А дети как?

– Терминалы на прямой вызов не отвечают. – Ответ жены заставил меня подобраться… Точнее, тон, с которым она это сказала. – Тай скачала почту, отправленную ими для тебя… Вот.

Я принял очки-терминал, раскрыл помеченное сообщение… И вскочил, забыв о всякой слабости.

Пап! Мы нашли маму!!!

Да что за чертовщина в этой проклятой вселенной происходит?!

– Мы опоздали меньше чем на сутки, – оповестил я вернувшуюся Нату и только потом поднял голову, взглянув на неё.

Девушка в тонком чёрном облегающем платье смотрелась до того сногсшибательно, что мне даже удалось на пару секунд отвлечься от гнетущего чувства, оставленного чтением переписки с Гором и Лиссой. Точнее, не совсем уже переписки: она же подразумевает обмен письмами, а я последние семь суток, по известным причинам, не мог ответить на их сообщения. Тон посланий менялся от бравурно-восторженного в последний выходной день прошлой недели, когда детям всё-таки удалось обойти явно специально урезанную систему контроля периметра пансионата и «случилось кое-что очень-очень важное, пап!», до всё более и более встревоженного каждый следующий день моего молчания. Последнее письмо из одной строчки было, как я понимаю, актом отчаяния. И теперь вот – молчание. И на прямые вызовы, и на отправленную почту.

– Всё купила?

– Да. – Супруга мимолётно улыбнулась, почувствовав мои эмоции при демонстрации наряда, и тут же опять помрачнела. – Это точно было нужно? Мы могли просто заказать…

– И такой заказ в такое место неминуемо привлёк бы внимание СИБ, – оборвал я её. – Можешь считать меня параноиком, но скрипт, отслеживающий перемещение сочетаний разных товаров, пишется криворуким программистом за пять минут, и никакие искины не нужны.

– А так я купила это сама, – пожала плечами девушка. – Это что-то меняет?

– Купила в восьми разных местах, сама. Как я и говорил, отслеживаются сочетания, а по отдельности всё вполне безобидно. А суммировать корзину покупок гражданина – уже вмешательство в личную жизнь, которое нельзя оправдать, пока этот гражданин не даст повод. Ты поставила такси на удержание?

– Да, всё, как договорились.

– Отлично. Дай мне десять минут, и можете лететь в школу. Уже придумала, что скажешь о цели визита?

– Ничего такого, – снова пожала плечами супруга. – Скажу, что теперь, после увольнения, думаю о том, что делать дальше, и размышляю: не устроиться ли преподавателем туда? Красноголовых учат максимально раскрывать свой дар, не это ли нужно детям, у которых с псионикой проблемы?

Я представил, как в тихий пансионат заявляется моё чудо с красной прядкой в волосах и начинает втирать выбежавшему навстречу от таких новостей директору, что вот уволилась из рядов пару дней назад и с ходу решила применить свои армейские умения для пользы обществу именно здесь, и невольно фыркнул. Просто взять и «послать» только-только ушедшего в запас офицера СДШ ни у кого из персонала язык не повернётся: среди работников там много психологов и прочих «мозговедов», для которых своеобразная слава этого спецподразделения не просто страшноватая сказочка, а подтверждённая некоторыми общеизвестными фактами правда… ага, приукрашенная профессиональными уже байками. Да там половина персонала сбежится только посмотреть на Нату, а дети – так вообще все. Если Тайна в таких условиях не сможет пробраться в комнаты Гора и Лиссы, то не сможет больше никак.