Павел Корнев - Там, где тепло

— Проходите на второй этаж, — подсказал парень, прежде чем я успел спросить, где искать Маркова. — Вас ждут.

На втором этаже оказалось темно и пустынно. Все двери закрыты, дорогу спросить не у кого.

И куда мне дальше, интересно?

Ну, Георг, жмот, мог бы и секретаршу нанять…

Но тут в дальнем конце коридора распахнулась дверь, и из неё в коридор выглянул господин Марков собственной персоной.

— Евгений! — махнул мне рукой плотного сложения мужчина, с недавних пор ставший моим компаньоном в деле производства колючей проволоки и кое-каких сопутствующих продуктов. — Заходи!

— Привет! — Я прошёл в небольшую комнатушку, сплошь заставленную металлическими шкафами, и пожал протянутую руку. — Ещё меньше конуру не мог найти?

— Больше этой, как ты выразился, конуры мне хоромы и не нужны. Не балы, чай, устраивать.

— А чего секретаршу не заведёшь?

— Никак с женой согласовать не получается, — усмехнулся Георг. — Такие вот дела.

— Проблемы? — поинтересовался я, приметив, как оттопыривает полу пиджака заводчика убранный в чехол на поясе жезл «свинцовых ос».

— А? — не понял Марков, потом сообразил, что именно меня насторожило, и рассмеялся: — Нет, привычка просто. И сам не расслабляюсь, и другим не даю.

— Ясно.

До недавнего времени Георг тянул лямку в Центральном участке Дружины, так что скорее всего так оно и было. Фальши в его словах мне, по крайней мере, уловить не удалось.

— Кофе? — предложил Марков. — Или для начала по цеху пройдёмся?

— Слушай, Георг, не в этот раз, — отказался я. — Меня просто люди ждут.

— Понятно, — кивнул мой компаньон и, отперев стоявший в углу сейф, принялся выкладывать на стол монеты и банкноты. — Так понимаю, ты за этим пришёл.

— В том числе, — кивнул я, пересчитывая деньги.

Двести тысяч рублей и сорок тысяч долларов в шести пачках мятых, стянутых аптечными резинками купюр. Двадцать червонцев — советских, царских и явных новоделов вперемешку. Пятнадцать золотых пятирублёвок. Четыре империала. Десять изрядно потёртых и побитых долгой жизнью серебряных рублей разных годов выпуска. Тридцать новеньких трёхрублёвок с соболем на аверсе. И полпригоршни отпечатанных на монетном дворе Торгового союза золотых «чешуек».

Маловато будет. Тут от обещанных десяти тысяч даже половины нет.

— И остальное, — дождавшись окончания подсчётов, Марков протянул мне защищённый колдовскими рунами вексель на предъявителя, выданный «Центральным городским банком». — И так всю наличку выгреб, а больше взять неоткуда.

— Да нормально. — Я принялся рассовывать деньги по карманам штанов и рубашки. — Вексель обналичить не проблема.

— Вот и я так подумал.

— Слушай, и как бизнес вообще? — поинтересовался я, решив последовать примеру Маркова и о причинах изъятия денег из оборота вслух не говорить. — Как-то у вас безлюдно тут.

— Все в цехе. Уже жалею, честно говоря, что АБК в порядок приводить стал.

— А что такое?

— Да думал сюда конструкторское бюро посадить, если расширяться будем, а теперь смысла нет новых людей нанимать.

— Всё так плохо? — насторожился я. Как-никак деньги серьёзные в предприятие вложены, не хотелось бы прогореть.

— Наоборот, — усмехнулся Георг. — Теперь все расчёты гимназисты делают. Сущие копейки в итоге выходят.

— А! Ну и как новые партнёры?

— С одной стороны просто замечательно всё. — Марков уселся за стол и задумчиво повертел меж пальцев остро заточенный карандаш. — Заказы денежные постоянно подкидывают, тут грех жаловаться. Вот только это всё копейки по большому счёту, а мы в разработку интегрированной охранной системы столько денег вбухали, что когда они отобьются — совершенно непонятно. Сейчас бы продвижением новых накопителей Иванова-Гольца заняться, но колдунам не до того.

— Реклама двигатель торговли, — с умным видом выдал я. — И какие варианты?

— На днях Слава Линев обещался рекламные материалы подготовить, посмотрим, как оно дальше пойдёт.

— Надо к нему заглянуть, — решил я. И не только к нему, если уж на то пошло. — Да, как Алекс, кстати? Ну, тот паренёк из СЭС?

— Нормально, — кивнул Георг. — В командировках пьёт как лошадь, но работу делает. И монтажник неплохой, и в цехе, когда заказов нет, справляется.

— Понятно. — Я отошёл ко входной двери и обернулся. — Ещё какие-нибудь вопросы порешать надо, пока в городе?

— Да нет, — поднялся из-за стола Марков. — Сами справляемся.

— Тогда не буду задерживать.

Я попрощался с партнёром и зашагал по коридору. Спустился на первый этаж и вместе со скучавшим там Селиным вышел во двор.

— Удачно съездили? — поинтересовался Денис, дожидаясь, пока нам откроют ворота.

— Более чем, — усмехнулся я. — Давай в клуб.

— Проголодался?

— Есть немного, — признался я и уселся на козлы рядом с парнем.

И проголодался, и деньги выложить не помешает. Десять тысяч не та сумма, с которой можно безбоязненно по Форту таскаться. Людей и за меньшее каждый день убивают. За много, много меньшее.

К «Ширли-Муры» мы подъехали аккурат к обеду. От вытяжки тянуло ароматом свежей выпечки, и у меня сразу засосало в животе. Вот что с человеком привычка питаться по расписанию делает. Чисто собака Павлова — подошло время и начал желудочный сок вырабатываться и слюни течь.

Селин подогнал сани к чёрному ходу, кинул вожжи подбежавшему охраннику и сразу потащил меня за собой в служебные помещения.

— В подсобке пообедаем, — на ходу расстёгивая тулуп, предупредил он. — Сейчас к нам на бизнес-ланч с соседних офисных пятиэтажек народ сползается, тебе в общем зале делать нечего.

— Да не проблема, — разминая занемевшие на морозе пальцы, усмехнулся я. — Мы не гордые…

— Вот и замечательно. Заходи.

— Не, в туалет сначала.

Я сунул Денису свою дублёнку и заскочил в соседнюю дверь. Морщась от боли, долго стоял, отогревая ладони под тёкшей из крана тёплой водой, потом вытер руки о замызганное полотенце и пошёл в подсобку.

В облюбованной парнями под свои сборища комнатушке как обычно было не протолкнуться из-за расставленных по углам коробок, завалов непонятного барахла и стоявших вдоль стен шкафов. Расчищенным от хлама остался лишь центр комнаты, где и установили небольшой стол, над которым горела лишённая абажура стоваттная лампочка.

Все жулики оказались в сборе: Денис Селин задумчиво вертел в руках запотевшую бутылку водки, а рассевшиеся вокруг стола Гамлет, Филипп Городовский и Борис Яровой, по всей видимости, ожидали его вердикта.