Владислав Глушков - Тайна Чёрного континента

Вода окончательно смыла остатки головной боли и Алексей вышел в столовую уже почти полностью ожившим человеком. Кофе, правда уже остыл, А Катерина стояла в дверях, готовая к выходу на службу. Мещеряков выпил чашку крепкого утреннего напитка одним глотком и подошёл к жене.

— Что дети?

— Да спят ещё время-то совсем раннее, я не понимаю, зачем ты так рано назначил встречи? Ладно мне на службу, а ты то сам себе начальник.

— Да списки нужно сегодня к обеду Его Светлости представить на утверждение.

— Какие списки?

И тут Алексей понял, что проговорился.

— Да, так, мелочь, дорогая.

— Сударь, будь добр, посмотри мне в глаза и скажи какие списки? Я прекрасно знаю, что у Его Светлости мелочей не бывает.

— Да ничего серьёзного…

— Мещеряков! — Строго оборвала его Катерина, в Мире где фамилии отсутствовали в принципе она крайне редко называла его так, и это был дурной знак. — Ты куда собрался?

— Катя, это государственная тана.

— Понятно, значит меня ты в этот список включать не собирался, отлично, ты решил бросить семью. Но скажи тогда ради кого?

— Катерина, не говори ерунды! Я как раз включил тебя в список, самой первой, но Его Светлость вычеркнул тебя и Ольгу.

— Это ещё почему?

— Он сказал, что сам объяснит тебе причину, даже мне не сказал.

Девушка развернула лицо мужа в свою сторону и внимательно посмотрела ему в глаза.

— Не умеешь ты врать, Мещеряков, как только тебя в разведке столько лет держали. Это он из-за своей Княжны, ведь так?

— Да, так, — согласился Алексей.

— Я сегодня же пойду к нему и расскажу всё, что о нём думаю, а заодно и о тебе, и ни какая старая дружба с Дариной меня не остановит.

— Может не стоит?

— Стоит, дорогой, стоит, всё, мне пора, пока, до вечера, смотри не похмеляйся, а то сам знаешь, действие рассола может быстро пройти, — Катерина лукаво улыбнулась и поцеловав мужа направилась к своему конь, которого держал под уздцы верный конюх.

— Я так и знал, ты таки подмешала туда чудодейственной микстуры от Никадима! — Прокричал Алексей вслед.

Девушка вскочила в седло, послала мужу воздушный поцелуй и пустив коня галопом скрылась за воротами усадьбы. А Мещеряков направился к своему скакуну, его путь лежал в противоположную сторону, в Корпус.

— Владмир, дружище ну нельзя в поход взять всю твою гвардию, просто нельзя, — они сидели уже второй час, первым вопросом был вопрос комплектования гвардейцами и вот на этом самом вопросе они и застряли. — Понимаешь, ты дурья башка, что мы, во-первых, не можем оставить столицу без войск, и дворцовой стражи, а во-вторых, они, гвардейцы твои слабо обучены.

— Это ты хочешь сказать, что я их не подготовил к войне?

— Да нет, чёрт побери, к войне-то ты как раз их и подготовил, к ВОЙ-НЕ, — это слово Алексей произнёс по слогам, — а там нам совсем другие навыки нужны, ты же сам прекрасно знаешь.

— Да, знаю.

— И что? Давай так, последний раз проходим по списку и берём четверых, только самых молодых и крепких, и таких, которых в самые короткие сроки можно чему-то обучить. Договорились?

— Договорились.

— Отбирай, потом мне представишь, если подойдут я их вношу в список, если нет, не обессудь, поменяю на своих.

— Хорошо, — слегка обиделся главный гвардеец.

— Тогда делай пометки и посылай за ними адъютанта, а я пока пойду кофе приготовлю.

— Что сам?

— А кто ещё это сделает если ты Радмира отправишь за своими гвардейцами.

— Логично, ладно я тебе доверяю, хотя у него получается великолепный кофе. Радмир.

— Слушаю? — Адъютант моментально возник на пороге.

— Послушай, дружище, вот тебе список, лети ко мне в гвардию и немедленно вот этих восьмерых сюда.

— Владмир, четверых. — Уточнил Алексей.

— А вдруг тебе кто-то не понравится, тогда в момент поменяем.

— Ладно, исполняй.

— Слушаюсь, господин генерал, — ответил офицер, но задержался на пороге.

— Тебе что то не ясно?

— Нет, всё предельно ясно.

— Тогда отчего стоишь?

— Позволь просить, господин генерал?

— О чём?

— Ты собираешь отряд в поход, позволь просить взять меня.

— Интересно? Откуда такое желание?

— Я был на курсе одним из лучших, но волею судеб все разъехались по миссиям, а я застрял здесь, в твоей приёмной, это не справедливо.

Друзья переглянулись.

— И в чём ты видишь несправедливость? Ты на очень ответственной должности.

— Но все друзья считают меня просто канцелярской крысой, а я старался учился, я мечтал о настоящей работе.

— Это о какой?

— О той, для которой ты нас готовил.

— Интересно, интересно, — Алексей рассматривал парня с ног до головы, потом резко выхватил кинжал и бросил в офицера, — Лови!

Расстояние было небольшим, и клинок летел прямо в шею, но парень умудрился не только увернуться, но и перехватить кинжал за рукоятку, перебросить и в другую руку и уже готов был послать обратно, но остановился в последнее мгновение.

— Хм, — удивился Алексей и вновь переглянулся с Владмиром. — Отчего не кинул?

— Ты мой командир.

— Не правильный ответ, раз я командир, значит я учил этому, а раз учил, значит смогу защититься и готов к защите, в отличии от тебя. Но коль я метнул в тебя кинжал, значит я уже враг, а врага нужно уничтожать, его нельзя жалеть, раз пожалеешь, погибнешь. Хорошо, пока дуй к гвардейцам, я подумаю над твоей кандидатурой.

— Спасибо, господин генерал. Молодой офицер улыбнулся и выскочил из приёмной.

— За что спасибо, — пожал Алексей плечами, — пообещал парня на войну взять, дать возможность погибнуть молодым, а он благодарит, так, словно я ему имение в подарок отписал. Не понимаю.

— Он воин, Алексей. Он же тебе говорил, что был лучшим на курсе. Он готовился к настоящей мужской работе, мечтал о подвигах во имя отечества, об опасных заданиях, о риске, в конце концов. А ты его посадил в канцелярии и превратил в подавальщика кофе.

— Не правда, он работает на очень ответственной должности и он не подавальщик кофе, он адъютант.

— Правда, правда, не лукавь сам себе, просто вспомни себя молодого, разве ты сам стерпелся бы с такой должностью? Мне кажется, что нет.

— Многие просто мечтают о таком месте…

— А ты сам мечтал?

— Я нет, но сейчас оглядываясь на прожитые годы, думаю, что было бы лучше просидеть всю жизнь вот за таким столом.

— Не лукавь сам себе, прошу тебя. И вообще возьми себе в секретари какую-нибудь девчонку из не очень способных, зато видную, наверняка на очередном выпуске такие найдутся.