Николай Берг - Ночная смена. Лагерь живых.

     - Стоп колонна - неожиданно командует Саша, репетуя ожившую рацию.

      - Чт сл..? - надо же - а ведь задремал и аж слюни пустил, вот ведь стыдоба.

      - Пока просто стоп. Сейчас уточнят.

      Вывернув голову, вижу, что Николаич и Сергей подходят к краю дороги. Смотрят в бинокли. А подходили-то враскоряку - тоже устали уже.

      Старшой подносит рацию ко рту и Саша тут же оживает:

      - В поле метрах в трехстах от дороги стоит БТР, видимо брошенный. Грех не прибрать, если исправен.

      - Каким составом идем?

      - Всей группой - плюс Семен Семеныч. Охранять остаются приданные и примазавшиеся. Камеру не забыть - мало что там... Чтоб потом не заявили, что де пристрелили экипаж и злостно исхитили ценную вещь.

      Не было бабе печали - нашла баба в поле БТР...

      И чего ему в поле стоять - ежели вещь хорошая - то с чего это ему стоять в поле...

      Не трактор же...

      Ветерок со снежком после теплой кабины вызывает какое-то судорожное зевание, от которого все тело дергается и глаза слезятся. Подходим к Николаичу. Вижу, что также идут Дима-опер с Вовкой - водилой. Из машин вылезло несколько человек - организуют охрану колонны.

      Когда подхожу, Николаич в рацию уговаривает Надю не лезть с нами.

      Строптивая медсестра в конце концов внимает доводам разума - и остается.

      Когда начинаем выбираться с дороги на поле подбегает веснущатый парнишка из БТР конвоя.

      - Командир сказал, что если что не так пойдет - ложитесь - мы из КПВТ врежем!

      - Спасибо. А по нам, лежачим - не влепите сгоряча?

      - Не, командир сам за пулемет встал.

      - Ладно, учтем...

      Здесь выбраться с кольцевой не проблема - город закончился и потому кольцевая, как и положено нормальной дороге лежит на земле, а не зависает на высоте трехэтажного дома на столбах - колоннах...

      - А вы обратили внимание, что поснимали много шумозащитных экранов? Раньше как в тоннеле едешь, а сейчас обзор открыт?

      - Сектор обстрела чистили. Не иначе. Да и экраны эти - материал хороший.

      - Для чего, интересно?

      - Да для чего угодно - я бы на даче у себя легко нашел применение.

      - Разговорчики отставить! И держитесь левее - не забывайте про тяжелый пулемет за спиной!

      Вроде как наш строй называется 'косой уступ', если не путаю. Во всяком случае, идем цепочкой, но не гуськом и не шеренгой - так получается, что у каждого сектор обстрела чистый. И я могу снимать не спины товарищей, а все тот же БТР.

      - Ты комментируй - подсказывает идущий рядом опер.

      - А что комментировать - и так ясно.

      - Это тебе сейчас ясно, а когда будут смотреть посторонние, да через месяц - ничерта ясно не будет.

      - И что мне комментировать?

      - Да все подряд! Время действия, место, состав группы, цель визита к БТР, сам БТР - вид камуфляжа, бортовой номер, повреждения и так далее - включая, куда он смотрит рылом и куда повернулся задом.

      - Ну, кому это все нужно?

      - Если уж делаешь что - так делай хорошо. Все равно ж ты не стрелок сейчас!

      Приходится бормотать все то, что опер предложил. Потихоньку втягиваюсь. Вообще-то я понимаю, что он прав - так делают при всякой видеозаписи с места событий грамотные люди. Положено так. А то потом смотришь такое видео с места событий - камера дрыгается, а снимающий верещит что-то среднее между 'твоюжежмать!' и 'божежмой!'

      Чем ближе подходим, тем больше становится бронемашина. Наконец ее гробообразный бок занимает все поле видоискателя. Соответственно сообщаю видеокамере, что с левого бока БТР не имеет видимых повреждений, левый бок БТР покрашен равномерно зеленой краской, номеров и условных обозначений не имеет.

      Скашиваю взгляд на опера - как он отреагирует на подначку. Но у него физиономия совершенно невозмутима. Вспоминаю, как он себя вел при осмотре места происшествия несколько часов назад и понимаю, что зря тратил порох - потому как он сам ровно точно так же описывал бы машину. Также отмечаю, что бортовой люк закрыт, открыт только люк сверху - то ли мехвода, то ли командира.

      Окликает Николаич. Просит аккуратно обойти кругом агрегат. Остальные собрались в шеренгу с кормы машины. Оружие уже давно приготовлено к бою и стрелки - как взведенные пружины.

      Уже втянулся в это дело, потому без внутреннего сопротивления отмечаю, что и носовая часть и правый борт также покрашены не в розовый или бирюзовый цвета, а как раз наоборот - все в тот же зеленый, что повреждений видимых не обнаруживаю и что корма выглядит соответственно левому и правому бортам. Десантный люк и с правой стороны закрыт. Ствол башенного КПВТ задран почти вертикально. Что еще добавить - внешне выглядит совершенно нормально.

      По той же окружности, соблюдая боле-мене безопасное расстояние, возвращаюсь к мужикам.

      Судя по всему, пока я ходил - тут уже распределили роли.

      Поэтому снимаю, комментируя, что две пары стрелков взяли на прицел десантные люки по бокам машины (ну это-то и я понимаю - снаружи, скорее всего у боевой машины люки хрен откроешь без специального ключа, да и у восьмидесятки боковые люки наполовину откидываются так, чтобы прикрыть десантников от огня спереди этаким щитом, а вторая половина - падает вниз и служит порогом - подножкой.) Трое лезут на крышу бронетранспортера. Николаич стучит по броне прикладом и громко орет:

      - Эй! Есть кто живой внутри? Отзовись!

      Продолжаю комментировать каждое телодвижение - и поясняю камере, что старший группы только что стуком приклада по броне и голосом пытается войти в контакт с находящимися внутри БТР людьми... Ну типа вдруг мужики собрались на пикничок и сейчас там квасят, а мы помешаем...

      После этого Серега ложится на броню и прикладывает к стылому железу ухо.

      Пожимает плечами, насколько это возможно в такой ситуации.

      Опять слушает.

      Встает.

      Вся троица, аккуратно держа на прицеле люки - и открытый и закрытый впереди и десантные верхние. Николаич что-то говорит Семен Семенычу. Тот забирает с брони лопату. Что-то делают там с лопатой, не вижу.

      - Люки закрыты - так они сейчас их предохраняют от того, чтоб кто изнутри вдруг распахнул на полный мах - поясняет стоящий рядом Вовка.

      Трое наверху продвигаются к башенке. Стопорятся.

      - Ага, сейчас надо в люк смотреть, а черт его знает, что оттуда выскочить может - поясняет Вовка.

      - Володь, подгони-ка сюда ментовский УАЗ! - кричит сверху Николаич.