Михаил Михеев - Песец подкрался незамеченным
Шерр вновь начал первым — очевидно, решил, что клиент созрел. Отставив стакан, он аккуратно промокнул губы самой обычной, опять же, бумажной салфеткой, скомкал ее и бросил в стоящую на столе пепельницу. Или что-то напоминающее пепельницу — Ковалев не уточнил, предпочитая для себя называть предметы привычными словами. Внимательно посмотрев на Ковалева, Шерр задумчиво, чуть растягивая слова, произнес:
— Если позволите, я начну издалека…
— Издалека будет долго, — невежливо перебил его Ковалев. — Давайте лучше кратко — кто вы, что вы и зачем я вам понадобился?
— Вы? Мне? Да вы, если честно, мне совершенно не нужны. Я наткнулся на вас случайно — полетел на охоту, понимаете, смотрю — плетется кто-то. Ну, я снизился, выпустил двух роботов-разведчиков и они вас притащили. Честно говоря, я даже не знаю, зачем я это сделал — очевидно, сработал инстинкт врача. Вы уже почти не дышали и были обморожены до такого состояния, что в условиях вашей планеты единственным спасением для вас была бы ампутация всего, что только можно отрезать. Во всяком случае, ни рук, ни ног спасти бы уже не удалось. Я запихал вас в регенерационную камеру — и она повела себя неадекватно. Теоретически регенератор должен был просканировать вас, считать генетический код и на основе этого кода вырастить утраченные конечности, а заодно и все, что было повреждено в организме. Вы вышли бы абсолютно здоровым человеком, не более, и ушло бы на все про все часа два. Однако, по непонятной причине, вместо стандартной программы запустилась программа генетической оптимизации. Честное слово, я даже не знал, что она была в памяти компьютера — очевидно, сохранилась с тех времен, когда этот корабль использовался каким-то образом в эксперименте по созданию суперсолдат. Точно не знаю, но даже в этом случае программа была заблокирована наглухо и почему она запустилась мне еще предстоит разобраться. Если получится, конечно, этот долбанный регенератор — детище еще Первой империи, мы так и не смогли разобраться в принципе его работы и лишь бездумно копируем первичный образец. Но, так или иначе, ваше тело было практически полностью растворено и клонировано вновь. Процесс занял месяц по вашему времени — из-за этого в свое время программа и была свернута, затраты на создание суперменов не оправдывали результата. Но, так или иначе, на выходе получилось то, что получилось, хотя я, признаться, не ожидал — результат превзошел любые теоретические выкладки. Теперь не знаю даже, что с вами делать. В космос выбросить на всякий случай, что ли?
Доктор улыбнулся, показывая, что шутит, но секунду спустя улыбка исчезла с его лица. Он даже не успел рассмотреть движение Ковалева — только смазанная тень и резкий порыв ветра — столь быстрым оно было. Миг — и он висит в воздухе, а Ковалев спокойно, совершенно не напрягаясь, держит его на весу за горло. Одной рукой.
— Вам не кажется, что кто кого выкинет в космос — вопрос спорный? — Ковалев чуть ослабил хватку. — Не шутите так больше, пожалуйста.
В сложившейся ситуации подчеркнутая вежливость просьбы прозвучала угрожающе и, когда отпущенный наконец Шерр вновь сел, массируя помятое горло, на свой стул, то смотрел он на Ковалева если и не со страхом, то с заметным уважением.
— Признаться, не ожидал, — хрипло выдавил он из себя. — Однако, это очень хорошо, что у вас такие интересные способности. Пожалуй, мы действительно можем быть полезными друг другу.
— И чем же, — прищурившись, спросил Ковалев.
— Ну, вот чтобы вы могли понять это, мне и надо начать издалека.
— Валяйте, — махнул рукой Ковалев и по-барски развалился в кресле. Шерр улыбнулся и начал свой рассказ.
Он рассказывал долго. Рассказывал о великой Первой империи, вышедшей с неизвестной прародины и завоевавшей огромный сектор Галактики. Рассказывал о ее падении в результате страшной войны с Иными, пришедшими из соседнего сектора, где они ломали и уничтожали непокорных и обращали в бесправных рабов тех, кто решил, сдавшись, купить себе жизнь. Рассказывал о том, как цивилизация оказалась отброшенной на столетия назад, как бились друг с другом жалкие остатки некогда победоносных армий и флотов, как утрачены были древние знания. Рассказывал о том, как потомки выживших в той войне по крупицам знаний, сохранившихся в уцелевших архивах, восстановили историю — и оказалось, что Первая империя в той войне победила, вышибла Иных из своего сектора и выжгла их планеты, но так и не нашла, откуда они пришли. Великая держава рухнула не от самой войны, а от ее последствий — истощения всех, и в первую очередь людских, ресурсов (не секрет, что сильные и храбрые, генетическая сокровищница любого народа, в войнах гибнут первыми, и место их занимают те, кого раньше не пустили бы на порог), дикого голода, потрясшего многие планеты, а главное — человеческого эгоизма, заставившего драться между собой, отбирая друг у друга последний кусок. Ну и плюс то, что каждый мелкий чиновничек возжелал, воспользовавшись ситуацией, заиметь королевскую власть, тоже сыграло роль. Вспыхнувшая гражданская война пожрала надорвавшуюся империю.
В ответ на это Ковалев, не понаслышке знакомый с подобной ситуацией[9] обозвал всех чиновников долбодятлами. Шерр согласно кивнул и продолжил свой рассказ.
Прошли века — и империя возродилась. При всей пакостности человеческой натуры и ее врожденной глупости, на некоторых планетах сохранили остатки космических технологий. Жалкие лодченки по сравнению с дредноутами прошлого, корабли последних, чаще всего провинциальных оплотов цивилизации вновь стали, подминая под себя соседей, создавать и укрупнять государства. Процесс длился сотни лет — и закончился, что вполне закономерно, образованием Второй империи. Однако это было уже не то, далеко не то — даже на пике своего развития и могущества Вторая империя во многом уступала Первой. Возможно, со временем она и достигла бы ее уровня и даже превзошла его, но… История любит повторяться. Империя вновь рухнула, разметав по космосу осколки, в число которых попала и эскадра адмирала Гасса, бултыхающаяся сейчас в Солнечной системе.
Узнав об этом, Ковалев весьма удивился. Огромная эскадра — мертвая по сути, без охраны? Шерр лишь улыбнулся в ответ:
— Вы представьте себе подводную лодку, которая легла на грунт на огромной глубине. Она ничего не излучает, не шумит, полное радиомолчание. Обнаружить ее, конечно, возможно… Теоретически. Но для этого надо более-менее точно знать ее местонахождение, а ведь куда мы ушли не знал никто. Космос — он ведь, вдобавок, побольше ваших океанов будет, а куда уходила эскадра не знал никто, — Шерр повторил эту фразу так, будто старался убедить сам себя. — Более того, судя по иногда долетающим и перехватывающимся станциями слежения эскадры обрывкам переговоров, нас и не искали — там сейчас такая заваруха, что не приведи Господь, вдобавок вновь падение технических возможностей… Словом, найти законсервированную эскадру очень сложно, слава великим ежикам!