Тимоти Зан - Выбор завоевателя

Ван-Дайвер медленно откинулся на спинку кресла.

— Вы хладнокровный тип, Бронски, — произнес он. — Посмотрим, надолго ли вам хватит хладнокровия.

— Да, сэр. — Бронски встал и бочком прошел в дверь мимо охранника. — Всего хорошего, парламинистр.

Он миновал двух миротворцев-десантников и вышел в общую приемную. Гарсиа ждал его там, неприметно устроившись в одном из черных кресел и читая что-то на своем планшете.

— Ну? — без обиняков спросил Бронски, пока Гарсиа вставал.

— Ушел восемь минут назад. — Гарсиа двинулся рядом, примеряясь к шагу Бронски. — Дэчко у него на хвосте. А что тебя задержало?

— Да напыщенный язык с довеском в виде парламинистра Севкоора, — проворчал Бронски. — Надо получше следить за Ван-Дайвером. Он уже сунул нос в это дело. Какие-нибудь новости есть?

— Ничего существенного. — Они вышли на теплый воздух Эдо. — Арик Кавано сделал один звонок сверхкомпьютеру «Кавтроникс», что на борту грузовика.

— Да, они связывались с ним из комнаты, где шло заседание суда, — кисло подтвердил Бронски. — Не хотел бы я, чтобы он свидетельствовал за меня, если я во что-нибудь вляпаюсь. И что сказал Кавано?

— Только то, что ему надо прояснить кое-какие мелочи здесь, на Эдо, и что потом он отправится на Эвон.

Под мундиром Бронски завибрировал коммуникатор.

— Бронски на связи.

На дисплее появилось лицо Дэчко.

— Сэр, я на станции мгновенной связи Кьюра, — сказал он. — Арик Кавано только что получил сообщение.

Бронски глянул на Гарсиа и снова посмотрел на экран:

— Ты должен был перехватывать все сообщения, приходящие любому из Кавано.

— Я так и делал. — Дэчко раздраженно дернул ртом. — Очевидно, в этом сообщении не были указаны их имена или известные прозвища. Он долго проторчал на терминале. Похоже, сверялся все это время с данными в своем планшете.

— Значит, какое-то кодовое имя, — предположил Гарсиа. — Заранее условленное.

— Вероятно, — согласился Дэчко. — Хотите, чтобы я его взял?

Бронски почесал подбородок. У него слишком мало людей, а арест Арика Кавано может привлечь слишком много внимания. И вызвать слишком много шуму.

— Пусть еще немного побегает на воле. Следи за ним в оба. Я пошлю Чо Мина, пусть пороется в архиве сообщений. Может, выясним, что ему удалось узнать.

— Понял.

Экран погас.

— Рыться ему придется долго, — заметил Гарсиа, когда они пошли к стоянке мобилей. — Похоже, пора вызывать подкрепление.

— Нам не нужно подкрепление, — ответил Бронски. — Сами справимся.

— Да, сэр, — ответил Гарсиа. — Но вы сами понимаете, что Чо Мин не может одновременно присматривать за грузовиком и копаться в архивах станции.

— Плевал я на грузовик, — отрезал Бронски. — Мне и на Арика Кавано, по сути дела, плевать. Я хочу отыскать его папочку.

— Да, сэр, — пробормотал Гарсиа.

Бронски понимал: его подчиненного терзает любопытство. Всем интересно. Все хотят знать, чем же так важен пожилой бывший парламинистр Севкоора, что Бронски оторвал всех от важной наблюдательной миссии на Мраше и заставил охотиться за этим человеком. Многие считают, вероятно, что дело тут в личной мести или чем-нибудь подобном. Ведь лорд Кавано и его телохранитель ловко посадили в калошу Бронски, когда улизнули с Мра-миджа.

Но Бронски не мог открыть своим людям истинной причины. Иначе придется посадить их всех к Таурину Ли в изолятор, который специально для него оборудован на Мра-экте.

Конечно, со временем они все окажутся в изоляторе, и он сам, Бронски, тоже вряд ли избежит такой судьбы. Но прежде они должны позаботиться о том, чтобы в их компании оказался лорд Кавано.

Потому что лорд Кавано, как и Ли, знает правду о «Цирцее», легендарном оружии, позволившем Севкоору доминировать в политике Содружества. Лорд Кавано знает, что «Цирцеи» уже сорок лет как не существует. Знает, что на самом деле она вообще никогда не существовала.

Бронски не мог позволить этой правде просочиться наружу. Граждане Содружества верят, что «Цирцея» спасет их от завоевателей. Разубеждать их нельзя ни в коем случае. Где бы Кавано ни оказался, его найдут. И заставят замолчать. Так или иначе заставят.

Помощник атташе Содружества Бронски и его спутник покинули приемный отдел базы миротворцев через 18,41 минуты после того, как было объявлено, что судебное разбирательство откладывается. Они покинули район терминалов, к которым у меня есть доступ. Я продолжаю наблюдать за парламинистром Джейси Ван-Дайвером и его спутником, но они почти не разговаривают, и у менянет новых данных. Через 3,8 минуты после ухода Бронски они тоже покидают базу.

Я прекращаю связь с компьютером базы и анализирую новые данные. Особенно беспокоит меня тот факт, что лорд Кавано давно не выходит на связь. Я несколько раз повторяю разговор, изучая выражения лиц и позы, а также звуковые тона, используемые парламинистром Ван-Дайвером и помощником атташе Бронски. Одно из замечаний Бронски я нахожу особенно интересным: «Надо получше следить за Ван-Дайвером. Он уже сунул нос в это дело».

Что именно подразумевается под словом «дело» — непонятно. Однако с вероятностью 0,93% подсчитываю, что это относится к фактам, мне еще недоступным. Имеется несколько объясняющих ситуацию теорий, но у любой из них вероятность не выше 0,05%.

Возможно, Арик Кавано даст мне ключевую информацию. Он заявлял, что скоро прибудет на борт корабля. До тех пор я составлю план обсуждения этой проблемы с ним.

Его переименовали в «Молчаливого», и для боевого корабля джирриш он был весьма неказист. С небольшого патрульного корабля, предназначенного для слежения за неджирришскими мирами, за последние восемь полных арок сняли половину и без того скромного вооружения. Командир корабля Спаш-кудах из клана Плаарр отчаянно протестовал против этого, но Высший Клана-над-кланами и Военное командование остались глухи к его жалобам. «Молчаливый» отправлялся с дипломатической миссией, а дипломатическая миссия не предполагала наличия большой огневой мощи.

Глядя на то, как корабль буксируют из ангара космических кораблей на летное поле, исследователь Низз-унаж мог только надеяться, что оружие им и впрямь не понадобится.

— У вас не слишком довольный вид, исследователь, — послышался голос сзади.

Низз-унаж втянул язык — он и не догадывался, что недовольство так ясно написано на его лице.

— Сожалею, Высший Клана-над-кланами, — извинился он. — Я не намеревался выказывать неуважение.

— Я в этом уверен. — Высший стрельнул языком в направлении «Молчаливого». — Мы не ставим перед собой задачу пугать наших партнеров по переговорам демонстрацией военной силы цивилизации джирриш. Поэтому мы решили послать только один корабль, а не эскадру. Впрочем, не только поэтому.