Сергей Сезин - Река Снов

 Эти размышления в защиту высоких цен на колдовские услуги понемногу сморили меня, и я уснул. Сон был странный: я увидел гнома в полном вооружении старых времен, который бросался в атаку с поднятой секирой и криком 'На погибель сукиным сынам!" Вообще я двергского языка не знаю, но во сне смог перевести. После этого я проснулся, но бодрствовал недолго и снова провалился в сон. Второй сон был почти точной копией прежнего, только гном бросался в бой не с секирой, а с двуручным мечом размером почти с него самого. Врага его видно в обоих случаях не было — какая–то завеса мрака и все. Второе исполнение 'На погибель!" совершенно отбило сон. Хоть я и чувствовал себя по–прежнему страшно уставшим, и запас Силы требовал пополнения (это ощущается как гнетущая пустота в сердце, если выражаться возвышенно), но все попытки еще поспать провалились. Идти на палубу совершенно не хотелось. Я сходил на камбуз, попросил разогреть консервы (просьбу с готовностью выполнили), после чего поел и до вечера из каюты не выходил.

 С жутким нежеланием, буквально заставляя себя, почистил карабин и дозарядил его. После чего пребывал в ничегонеделании, ибо ничто полезное не получалось, даже чтение магической книги для того, чтоб вспомнить подзабытое. Сосед по каюте, видимо, завел с кем–то из палубных пассажиров дружбу, ибо пребывал на палубе безвылазно. Спустился в каюту только перед закатом, собрать вещи.

 На закате мы прибыли в Гуляй — поле. Величаво развернулись, отдали якорь. Буквально через несколько минут появился друэгар — дежурный по рейду, который после недолгого разговора с Иголкиным принял от него плату за якорную стоянку и дал сигнал на берег, чтобы перевозчики явились за пассажирами. У Иголкина был какой–то груз в трюмах, но он справедливо рассудил, что вечером он грузчиков не найдет, а найдет утром. Поэтому зачем платить за ночную стоянку у причала? Вскоре подошли две большие моторки, управляемые полуорками. Иголкин оттеснил рвущихся к трапу пассажиров, давая мне дорогу, а матрос Тихон помог спустить в лодку мой багаж.

 На причале нас уже ждали двое таксистов–друэгаров с 'полевиками'. Видимо, друэгары, контролирующие порт, и своих собратьев — таксистов подкармливают. Нагрузив водителя половиной своих вещей, я направился к машине.

 Еще в плавании я обдумал стратегию поведения в Гуляй — поле. Придется провести здесь некоторое время, пока не появится знак, куда двигаться дальше. Я решил представиться наемником с небольшими колдовскими способностями, который несколько лет прослужил аборигенскому барону, а теперь утратил службу и желает пристроиться в какой–то отряд. Поэтому хождения и расспросы не будут странными, а то, что я подзабыл, что, где и почем — вполне объяснимым. Поэтому я сказал водителю, чтобы он подвез меня к недорогой гостинице, в которой останавливаются охранники и наемники, желательно поближе к 'Ржавому шлему', если биржа все еще там. Она там и осталась, заверил меня водитель. Раньше было принято, что в этот трактир приходили капитаны отрядов, желающие нанять бойцов. Некоторые капитаны обычно бывали утром, некоторые вечером. Туда же поодиночке приходили нанимающиеся бойцы. Договорившись о найме, наемники туда более не приходили, а веселились в кабаках по своему вкусу, пока не наставало время выступать. В 'Ржавом шлеме' для них было больно тихо и пристойно, а девок несложного поведения вообще не имелось. С мордобоем и громкой музыкой тоже было тяжело. Туда забредали и посетители, далекие от наемничества. Их терпели.

 Друэгар доставил меня в гостиницу 'Филин'. Гостиница оказалась достаточно пристойной и имела даже сейф для ценностей постояльцев. Я занял номер на три дня и добавил, что, может быть, потом продлю пребывание. После оформления поволок свое барахло на второй этаж. Всегда стараюсь выбирать второй этаж. Надо слегка затруднить работу ночным тварям и наводнению. Третий этаж, если он есть, тоже затрудняет, но уже не только бедствиям, но и тебе. В номере было чисто. Мебель старенькая и слегка ободранная — кровать, шкаф, столик ночной, столик побольше, стул. При ходьбе по номеру скрипит, но от прикосновения не разваливается. Удобства в коридоре, но… кому хочется большего, нужно жить в 'Галерном колоколе' или 'Золотом осетре'. И платить, не скупясь. На стене отпечатанные правила проживания в гостинице (на трех языках), на полу перед кроватью потертый коврик. Вот и все.

 Я наскоро разложил вещи, проинспектировал удобства (видал я и похуже), поставил сторожки на дверь и окно. Теперь можно готовиться ко сну. Кольт положил под подушку, а из револьвера я вынул патроны в обойме–держателе и заменил их специальными фланцевыми. В барабан легли поочередно три патрона с серебряными пулями и две с зажигательными. Револьвер отправился на прикроватный столик, а я потушил лампу и отправился в постель.

 Спать сильно не хотелось, и я поразмышлял, что из напророченного уже произошло, а что еще должно быть. Получилось, что еще должно произойти очень многое. Если все перечисленное обязательно должно случиться. Беспокоил меня только вопрос, куда из Гуляй–поля придется двигаться и каким транспортом. Что интересно, меня пока совершенно не беспокоило , что именно я должен сделать. 'Упремся–разберемся'.

 Утром я проснулся вполне выспавшимся и бодрым, хотя запас Силы еще не восстановился. Решил пройтись по городу, заодно позавтракав чем–то неконсервированным, а потом заглянуть в 'Ржавый шлем', где поболтать с кем–нибудь о ситуации на рынке наемной военной силы. Я оделся в походную одежду, взял с собой свой колдовской медальон, револьвер и кольт. Подсумок для запасных патронов доставать поленился, обошелся тем, что рассовал по карманам полтора десятка патронов. Патроны со специальными пулями в револьвере заменил на обычные пистолетные — редко по улицам крупных городов днем бегают представители нечисти. Ценные вещи сложил в шкаф и поставил на них охранное заклинание 'Кольцо Лунной Стражи'. Кто залезет в шкаф — сильно пожалеет. Горничные в этой гостинице белье меняют, только когда постоялец съедет, так что невинных жертв не будет.

 В квартале от гостиницы зашел в маленькое кафе на углу, где меня вкусно покормили. После яичницы с ветчиной и чая с булочками я пришел в доброе расположение духа и направился в 'Ржавый шлем'. Но сразу в зал не пошел, а зашел в расположенную в том же здании оружейную лавку, которую держал рыжий гном Дарин. Я у него уже бывал в прошлый мой визит, поэтому рассчитывал маленько поболтать и просветиться насчет местных новостей. Да и список оружейных покупок имеется. Скидку он, как старому знакомому, не даст (ибо гном!!!), но поболтать вряд ли откажется.