Жандарм - Andreas Eisemann

Понятно?

А Мамаша... В сентябре 1909 года произошло знаменитое Миасское ограбление. Два десятка до зубов вооружённых бандитов в масках ворвались на железнодорожную станцию, стали кидать бомбы, разрушили здание вокзала, убили охрану, захватили кассу и на паровозе отъехали от перрона, покрытого трупами и ранеными. В лесу слезли, а состав направили на всех парах дальше — мож кого убьёт ещё.

Было взято ассигнациями и золотом около 95 тысяч рублей.

Причём это уже второе Миасское ограбление — год назад взяли 40 тысяч. Вообще оно запомнилось не суммой — были дела на Урале и погромче — а очевидным анахронизмом. "Революция-то кончилась."

Средства пошли на финансирование горьковской школы на Капри. А сам Горький пригласил семейку Кадомцевых отдохнуть на Капри — поправить пошатнувшееся здоровье. Один из сынков, Иван Самуилович, приехал вместе с семьёй. Горький хотел писать с него продолжение "Матери" — под именем "Сын".

На этом фото на дальнем плане — храм Древлеправославной Церкви в честь Покрова Богородицы. Построен в Москве обрадованными старообрядцами в 1909 году после революционных послаблений. А на переднем плане — особняк купца-старообрядца.

После 1991 года этот дом стал ставкой Березовского. Сюда приглашали кремлёвских министров на кастинг — посмотреть, кто годен, а кто нет. После отъезда владельца в Лондон в этом доме обосновалась, среди прочего, картинная галерея "Триумф". Там показывают советско-английскую кошку-бяку. Например, приезжает Демиан Херст — такой придурок, который копирует Уорхолла, только вместо Мерилин Монро у него разноцветные черепа.

Извините, я снова сбиваюсь на современные мне мотивы — но я просто хочу показать, во что это всё выльется и сколько будет продолжаться. Старообрядцы не проходная тема, а ключевая, одна из главных проблем.

— У вас есть какие-то решения? Хотя сам так сразу и не могу предположить, как решить этот вопрос.

— Согласен с вами — вопрос не просто сложный, а вообще... Но подступиться к нему можно. Мы как раз сейчас возвращаемся к тому, с чего я начал, а именно к бизнесу. Чтобы противодействовать старообрядцам — вернее, тем, кто за ними стоит, — придётся отказаться от старых догм. Именно для этого я привёл в пример США и Китай. Нам необходимо вовлечь в купеческие дела, в малый, средний и крупный бизнес как можно больше людей. Максимально популяризировать и способствовать. А главное — не сразу, но медленно и неизбежно — давать возможность заниматься крупным бизнесом аристократии. Сделать так, чтобы это было почётно, а не зазорно. Способов тому много. Разумеется, поощрять не только русских, но и немецких предпринимателей — я имею в виду русских немцев. Таким образом мы сможем стабилизировать ситуацию. Сейчас перекос в плане крупного бизнеса полностью на стороне сектантов и других меньшинств. Про нефть и золото надо говорить отдельно — там вообще кошмар.

— Кроме этого, разумеется, нужны будут и более жёсткие меры — но в своё время.

Я деликатно умолк, не желая развивать эту тему при императрице.

— Да, вы правы. Мы обсудим это в другой раз. Что ж, Андрей Алексеевич, ещё раз благодарю за информацию и поднятую тему. Это очень серьёзно.

— Ещё одно дополнение — это уже непосредственно касается вас, Александра Фёдоровна.

— Слушаю вас, — немного устало и как-то подавленно сказала Императрица. Видно было, как её придавило.

— Собственно, по поводу ваших финансов... Насколько мне известно...

Я чуть наклонился и перешёл почти на шёпот — на всякий случай, мало ли, вдруг слушают.

— По поводу ваших секретных зарубежных активов и вложений. Особенно что касается лондонских банков. Якобы эти деньги лежат там со времён Александра Второго на счетах анонимных вкладчиков. Речь идёт о части турецкой контрибуции, которую держали за границей как обеспечение зарубежных кредитов. Возможно, есть и другие личные вклады. Так вот, всё это англичане приберут.

И у Николая, и у Аликс глаза округлились от удивления и шока. Во-первых, что кто-то знает про такие вещи — абсолютно секретные. Ну а во-вторых, потерять триллионы — приятного мало.

— Разумеется, это случилось уже после известных событий. Все эти деньги просто растворятся — как будто их и не было. И позже наёмники британцев, большевики, несколько раз вывезут в Лондон весь русский золотой запас.

Николай прикрыл глаза.

— Это всё, что я сегодня хотел вам сказать.

В библиотеке возникла тяжёлая, гнетущая тишина.

Мы остались с Николаем одни. Я всё-таки довёл императрицу до потери душевного равновесия, и Николай проводил её в свои покои. Император посмотрел на меня долгим, ничего хорошего не предвещающим взглядом. Ну да, можно понять — человечек знает больше, чем он сам. А это опасно. Но потом его лицо смягчилось, он набрал воздуха в лёгкие и как-то устало и обречённо выдохнул. Достал портсигар, взял папиросу и протянул мне. Потом проследовал в секретный стенной бар и достал бутылку водки и две стопки. Чуть позже слуги принесли закуски. Мы раскурились.

— Так что вы предлагаете?

— В какой сфере?

Николай пожал плечами.

— Со старообрядцами.

— Следовать плану: создать МГБ, разделить ведомства и министерства по задачам и направлениям, принять соответствующие законы. Провести реформу пенитенциарной системы. Быть готовым к началу большого террора — я имею в виду период 1905 года, хотя всё начнётся раньше. Под это дело всех и зачистить. В это время будет идти русско-японская война — объявить временное военное положение. Ну и раздать всем сёстрам по серьгам. Основной бизнес сектантов национализировать и поделить между вашими доверенными людьми. Пусть часть заберут близкие и проверенные ближайшие родственники через подставные компании — например тот же брат Георгий или сестра Ольга. То есть люди, которые никогда вас не предадут.

Николай взял стопку, мы чокнулись, и он махнул — закусив чёрным хлебом с салом, чесноком и посыпанным укропом.

— Хорошо пошла.