Евгений Ермаков - Пандемия
– Что ты читаешь? – Антон с любопытством свесился вниз с верхнего яруса. Он впервые видел Васильева с книгой. Он читал, подсвечивая себе фонарем – в тусклом освещении казармы читать можно было только с дополнительной подсветкой.
– "Откровение Иоанна Богослова". – важно ответил Димка, не поднимая глаз от книжки.
Левченко показалось, что он ослышался.
– Не думал, что тебя на религию потянуло!
– Очень интересная книга. Я ее нашел в Академии Наук. Скуки ради начал читать, и вот никак до конца не дойду. Выходит, что Иоанн был пророком, как и Нострадамус. Много чего увидел и предсказал… Второе пришествие Христа, Страшный Суд, конец света…И упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику… Имя сей звезде полынь. Прямо так и говорится! Тут уж я понял, что книга толковая.
– Это я знаю. Только считается, что звезда Полынь это взрыв чернобыльского реактора в прошлом веке. – уверенно сказал Антон.
– Ну, это были цветочки по сравнению с тем, что сейчас творится. Имеется в виду окончательный конец света, который успешно наступил. Вот только как он мог это предугадать две тысячи лет тому назад?
– Такое описание можно применить к сотне событий прошлого, почему ты думаешь, что именно…
– Интересно, когда же будет второе пришествие? – задумчиво проговорил Димка. – Вроде Судный день уже был, дальше ведь некуда? Самое время ему появиться. Родился ли он вообще? Что это за человек?..
На метафизические темы Антону спорить не хотелось. Он слез с койки, поднялся на пятый этаж по лестнице, вошел в огромную пустую залу. Это был нежилой этаж – стены голые, закопченные старым жаром. Выбитые окна, сломанные двери. Когда-то и здесь жили бойцы Комбата – в первое время все заняли понравившиеся пустующие квартиры и обосновались в них, с удовольствием вживаясь в роскошный быт партийных шишек. Однако из-за неисправной проводки в первую же зиму здесь вспыхнул сильнейший пожар. Он бушевал сутки, перекинулся и на верхние этажи, протянув огненные щупальца по кабель-каналам наверх, пожирая все, что могло гореть. Возможно, все случилось из-за неисправного обогревателя, или же, причиной был простой бычок. Пламя затушили, но несколько этажей стали непригодны для проживания. Люди перебрались вниз, а на пятом этаже, объединив смежные балконы в один широкий, устроили снайперскую точку. Необходимости в этом не было, но Штерн любил здесь сидеть со своей оптической винтовкой. Отстреливать шатунов было его хобби. Именно это было основной причиной раздора между ним и Комбатом, не одобрявшего увлечение такого рода. Для Комбата стрельба без необходимости была занятием постыдным, негуманным и признаком моральной деградации. В конце концов, Штерн был хорошим снайпером, незаменимым во время вылазок. Комбат иногда брал его с собой, говорили даже, что Штерн спас жизнь Комбату меткой стрельбой, поэтому тот и закрывал глаза на это хобби.
Вот и сейчас снайпер, закрепив винтовку на перилах и удобно усевшись на раскладном стульчике, изучал Адмиралтейку в оптический прицел. Он столь внимательно разглядывал набережную, что заметил Антона лишь когда тот подошел вплотную. Штерн вздрогнул, зыркнул недовольно на парня.
– Черт! Напугал! Чего ходишь так тихо?
– Призраков распугиваю. – продерзил Левченко, которого по непонятной причине с самого утра разбирало зло.
– Это ты, брат, рано на охоту вышел. После полуночи здесь много духов шатается на верхних этажах. Был у нас паренек, вроде тебя, все бродил ночами наверху , призраков умерших видел, якобы. Контакт пытался установить. А потом хабах и вывалился из окна. То ли случайно, то ли нарочно руки на себя наложил, поди теперь разбери. Так что ты запомни, парень – чем пристальнее вглядываешься в бездну, тем внимательнее она смотрит на тебя… Сначала шутки ради себя тешишь, и не заметишь, как пучина засосет. Чего доброго, и в самом деле начнешь духов видеть. Ты уверен, что выдержишь такое? Завязывай с этим, тут и так чертовщины хватает. Кстати, хочешь из снайперки пальнуть? Я сегодня добрый.
– Нет, спасибо. Шатунов валить это ваше дело. – буркнул Антон исподлобья.
– Зря не хочешь, для тренировки полезно. У стрелка, если он постоянно не тренируется, навык пропадает. Дело известное. Если хочешь оставаться на месте, нужно быстро идти вперед. А тут на другой стороне Невы- бесплатный тир каждый день. Или желаешь в воду зайти, да не вымокнуть? Шалишь, брат!
Заметив движение по ту сторону Невы, он быстро прильнул к окуляру.
– Вооон, бежит сволота… Шустрый какой, падла..
Он плавно нажал спуск. Винтовка с тихим шипением выплюнула пулю. Латунная гильза , звеня, упала на пол балкона.
– Еще один! – с удовлетворением произнес Штерн. – Готов, голубчик. Шестьсот двадцать третий. Сквозное в голову, чистая работа!
– Вы что, счет им ведете?
– Само собой. Любой снайпер зарубки делает. Я лично в уме запоминаю.
– Они вам во сне не снятся? – с едва заметной издевкой спросил Антон.
– Шел бы ты знаешь куда! Чего там снится! – Штерн снова оторвался от окуляра. – Это ж не люди! У них души уже нет. Я ж по людям не стреляю!
– А если вдруг обнаружится, что душа у них еще имеется, перестанете по ним палить?
– Душа? У этих зомби? Ты, парень, книг паршивых начитался. Так если рассуждать, вообще надо ложиться и помирать. Потому что с такой философией или с ума сойдешь, или сам себе пулю пустишь в висок. Если каждый раз перед тем, как курок спускать, об этом думать…
Он умолк, достал из кармана мятую пачку сигарет.
– Закуришь?
– Давайте. – помедлил Левченко.
Оба закурили. Антон не удержался, закашлялся. Штерн с любопытством разглядывал Антона.
– Чудные вы, островные. Девственники какие-то моральные. Курить, смотрю, не умеешь даже толком, разговорчики бестолковые травишь, как пацифист последний… Девушка-то у тебя была вообще или не успел?
Антон чуть покраснел, отводя глаза. Не любил он таких расспросов…
– Я вот успел в свое время нагуляться.. Мне ж тридцать шесть уже. Считай, свое отгулял. Тебе познакомиться надо с барышнями; есть там одна, Катя. Ну, теперь считай, без мужа. Познакомься с ней. А то так и не попробуешь это дело… Может, и успеешь. Заберут их скоро на "Циолковского", и кончится наша малина… Не увидим мы больше здесь женщин в Питере…
– Да слышал я, что их скоро увезут… А в этих все-таки не стреляйте без нужды. Вдруг у них и впрямь душа есть, и потом они к вам являться начнут ночами…
– Слушай, гуманист хренов! – взбеленился Штерн. – Иди-ка ты со своей придурошной философией к ядрене фене! Греби обратно на свой остров, и мозги людям не парь!
Антон вспыхнул, но ничего не ответил, и вышел из пустой залы. Штерн, видя что собеседник потерял к нему интерес, мгновенно отвлекся и вновь прильнул к оптическому прицелу, сощурившись…