Сергей Лукьяненко - Дозор (5 романов)

— Да что Братья, шеф! — Игнат невольно встал. — Если Темный с Украины на самом деле предназначен Когтю, то схватку в аэропорту выиграли Темные.

— Если бы Темный с Украины был предназначен Когтю, — тихо сказал Гесер, — мы бы сейчас привыкали к вечному пребыванию в сумраке. Даже мне не удалось бы никого из вас спасти. Ни-ко-го. Понятно, Игнат?

— Даже так? — спокойно осведомился Семен. — Так серьезно?

— Именно так, Семен. У меня надежда только на одно: Темный пока сам толком не понимает своей роли. Вот и мечется. Наш единственный шанс — опередить его и лишить Когтя. Тогда шансы в принципе уравниваются.

— Но как его опередить? — не унимался Игнат. — Может быть, мне попробовать с ним поговорить, убедить? Я же хорошо уговаривать умею. Только найти бы его…

— Он не сможет сидеть без дела — Коготь жжет ему руки. Темный неизбежно объявится в Москве. — Гесер встал, осмотрел подчиненных, устало провел рукой по щеке. — Все. Отдыхать. Всем отдыхать.

И повернулся к Антону:

— Антон… Не отходи от Светы. Ни на шаг. И домой не стоит ездить — ни к тебе, ни к ней. Оставайтесь здесь.

— Хорошо, Борис Игнатьевич, — впервые заговорил Антон Городецкий.

Он по-прежнему обнимал Светлану за плечи.

Через десять минут в уютной комнате для отдыха дежурных, где сейчас никого не было, Антон протянул опустошенной волшебнице плейер и наушники.

— Знаешь, — сказал он, — у меня есть что-то вроде игры. Там, на диске, очень много музыки. Разной. Я ставлю случайный выбор, но почему-то всегда выпадают нужные песни. Попробуй ты, а?

Светлана еле-еле улыбнулась и приняла наушники.

— Жми вот сюда.

Она нажала. Плейер мигнул зеленым глазком, раскручивая диск; лазер скользнул по трекам и остановился на одном из них.

— «Наутилус», — сказала Светлана, чуть сдвигая наушники. — «Падший ангел». Действительно, в настроение…

— Знаешь, — подчеркнуто серьезно сообщил Антон, — считай меня суеверным, но я не сомневался, что выпадет «Hay». Очень люблю эту песню.

— Давай слушать вместе, — попросила Светлана, усевшись на диван.

— Давай, — согласился Антон и мысленно поблагодарил человека, который изобрел наушники-бусины без дужки.

Они долго сидели рядом, обнявшись, у каждого в ухе звучал крохотный «Наутилус». Им было и горько, и хорошо втроем — ему, ей и падшему ангелу.

— А когда я вошел в здание аэровокзала, — говорил Шагрон, — там никого уже не было. Почти на входе, чуть правее, там, где багажный зал, только-только закрыли портал. Штаб Светлые уже свернули, я их еле чувствовал, на самой периферии. То ли грузились в машины, то ли уже отъехали.

— А Братья? — спросил Эдгар.

— А вот с этими вообще непонятно что. По-моему, кто-то из них погиб. Остальных Светлые иммобилизовали и взяли с собой.

— Зачем? — удивился Дениска, даже от кофе оторвался. — Почему они их на месте-то не почикали?

— Да ты что, это же Светлые! — Даже растерялся от вопроса Юра. — Раз Братья сдались, то они их просто арестовали. Передадут Инквизиции, наверное… Садисты. Лучше бы сразу убили.

— По-моему, он все-таки ушел, — сказал Николай, бездумно поигрывая разряженным жезлом. Сила, еще совсем недавно заключавшаяся в жезле, за несколько мгновений растопила снег на посадочной полосе аэропорта, растопила и высушила. — А, Юр? Ты как?

— Когтя я не чувствую. Его нет в Москве.

— Но как он мог уйти? — Анна Тихоновна говорила, все время поджимая губы, и от этого становилась похожей на строгую школьную учительницу. — Из лап Гесера? Не верится мне что-то.

— Не знаю, — отрезал Юра. — Но там что-то произошло.

— А не мог он воспользоваться порталом? — осторожно спросил Эдгар.

— Порталом? — фыркнул Юра. — А ты можешь пользоваться порталом?

— С трудом, — признался Эдгар. — Силенок не хватает.

— О! — со значением сообщил Юра, неопределенно ткнув пальцем в потолок. — К тому же после стычки на бульваре наш герой напоминал выжатый лимон.

— Зато после стычки в аэропорту выжатый лимон напоминала волшебница Светлых, — невинно заметил Николай. — И пусть меня кто-нибудь попробует убедить, что она отдала силы добровольно.

— А в самом деле, — оживился Шагрон. — Если вдуматься, энергетическая картина событий во Внуково очень смахивает на вульгарный вампиризм. Все такое лиловое было…

Юра скептически покачал головой:

— Не произвел на меня хохол должного впечатления — признаюсь вам. Чтобы отъесть Силу у Светлой на глазах Гесера, надо быть по меньшей мере Завулоном. И иметь право на воздействие первой ступени…

— Какое право? — взорвалась Анна Тихоновна. — За прошедшие сутки со стороны Светлых зафиксировано три грубейших нарушения Договора, включая одно нападение с применением Силы! Светлые забыли, что такое — право!

— Анна Тихоновна, — проникновенно сказал Эдгар. — Инквизиция дала Светлым очередную индульгенцию. Пока их действия направлены на возвращение похищенного артефакта — Договор приостановлен. До момента, когда Коготь Фафнира будет передан Инквизиции, Ночной Дозор вправе творить все, что хочет. Собственно, мы в состоянии войны. Как в сорок девятом — вы должны помнить.

В комнате стало тихо, как в космосе.

— И ты молчал? — неодобрительно спросила Анна Тихоновна.

— А зачем было нервировать молодежь? Извини, Дениска. Мы и так в проигрышном положении. Шефа нет — раз, Коготь нам приписывают — два, да плюс еще не слишком удачные два года позади… Сколько раз мы были вынуждены уступать Светлым за эти два года? Пять, десять?

— Пораженческих настроений, значит, избегаем? — ехидно осведомился Юра. — Молчим в тряпочку? Ограждаем молодежь от пагубных влияний? Ну-ну…

— Что — ну-ну? — огрызнулся Эдгар. — Лучше бы посоветовал, как быть дальше.

— Шеф тебя за старшего оставил, — равнодушно сказал Юра. — Ты и думай.

— Вы с Колей отказались, вот и назначил. — Эдгар стал угрюм и неприветлив. — Бойцы, тоже мне…