Прочая документальная литература читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 49

При нашей извечной тяге к празднованию круглых дат мы в 1999 году вполне могли справить солидный юбилей – 500-летие появления сифилиса на Руси.

Внимание! Старая орфография!Изданіе автора.Въ 200-лѣтнюю годовщину основанія Петрограда и въ вѣчную память его основателя, Петра Великаго, покровителя Галицкой Руси, жителямъ столицы Державной Руси подноситъ въ дарѣ житель столицы Подъяремной Руси.Въ предлежащей брощюркѣ собраны записки, замѣтки и грамоты, находящіяся въ галицкихъ, – русскихъ и полъскихъ, – рукописныхъ u печатныхъ источникахъ, и касающіяся пребыванія императора Петра Великаго въ Галицкой Руси и его отношѣнія къ ея русскому населенію.

Очерк из сборника о советской милиции «Люди долга и отваги» Книга первая.

Кризис в его проявлениях в России — явление многослойное. 1. Для подавляющего большинства населения кризис это, прежде всего прочего, — падение объёмов производства во всех отраслях и регионах, рост цен и снижение доходов, обесценивание накоплений, угроза потерять работу или свершившаяся потеря работы без каких-либо возможностей найти новую (особенно там, где люди работают на «градообразующих предприятиях»). Этот аспект кризиса — прямое выражение дурости и некомпетентности государственного управления, в основе которого лежит порочность нравов чиновничества, воротил бизнеса и «светил» социологической науки, включая и экономику. 2. Для узкого круга, образующего разного рода мафиозные группировки в сфере государственной власти и бизнеса, кризис — средство скупить по дешёвке объекты собственности в стране и за рубежом соответственно их «деловым интересам». 3. Для другого ? ещё более узкого круга, также образующего разного рода мафиозные группировки, проникающие во все сферы жизни общества, но сплочённые не на основе финансово-собственнических и иных «деловых интересов», а на основе разного рода идей общественной в целом значимости, кризис — ожидаемый или целенаправленно организованный (в зависимости от их миропонимания и властности) эпизод в реализации политических сценариев — как региональных, так и глобальных. Наивысшей значимостью обладает третье, поскольку второе обусловлено третьим, а первое, затрагивающее жизнь подавляющего большинства населения, — просто сопутствующее второму и третьему обстоятельство, являющееся одним из многих в истории подтверждений принципа: Всякий народ живёт под властью того правительства, какого заслуживает.

Книга «Нескончаемый дар» – продолжение обширной и увлекательной серии книг известного поэта и прозаика Владимира Алейникова о минувшей сложной эпохе, о ярких творческих людях этой эпохи, друзьях и соратниках автора по отечественному андеграунду. Это и уникальный документ времени, и проза поэта, свободная, ритмическая ассоциативная, полифоническая. Книга Алейникова привлечёт к себе внимание читателей.

Кармен Майкл объехала весь мир и думала, что уже ничто не сможет ее удивить. Но, оказавшись в Рио, она поняла, что ошибалась. Город, в который она собиралась всего на несколько дней, затянул ее в свои сети на целый год, а приключения начались прямо в аэропорту. Родео, карнавалы, зажигательная самба и бразильские мачо закружили Кармен в водовороте ярких красок и впечатлений. Ей удалось войти в круги местной аристократии, а потом опуститься на самое дно, в трущобы, и своими глазами понять многогранность жизни в Бразилии.Эта книга о бесшабашной жизни и о том, что мы узнаем о самих себе, оказавшись в чужой стране без денег и в полном одиночестве.

Книга основана на воспоминаниях Евгения Ю. Додолева о создании и крушении самого рейтингового проекта отечественного телевидения – передачи «Взгляд». Двадцать лет спустя после закрытия Кремлём этой программы (в течение 2010 – 2011 гг.) автор встречался с теми, кто стоял у истоков «Взгляда».Додолев – известный в прошлом репортёр. Дважды (в 1986-м и 1988-м гг.) Союз журналистов СССР признавал его лучшим журналистом года.Радиотрибун Игорь Воеводин называет Додолева главным аристократом профессии и литературным экстремистом. А киновед Сергей Шолохов в своём «Пятом колесе» считал его самым скандальным журналистом перестройки. Человеком-командой величал автора ключевой персонаж повествования – Влад Листьев.В книге собраны уникальные фотоматериалы из архива ведущих «Взгляда».Анатолий Лысенко:Я до сих пор не вполне понимаю, как «Взгляд» стал тем, чем стал... Страстные звонки слушателей издалека, с полярной станции Амбарчик. Музыка в новом контексте: клип Пугачёвой «Эй вы там, наверху!» четырежды снимали с эфира... Потом оказалось, что серьёзные политики ищут всесоюзную трибуну. Видимо, мы очень точно попали в стремнину.Александр Политковский:Современное телевидение - это гадость. Вредная привычка, как табак... А вот есть, оказывается, уникальный язык. Его надо изучать.Владимир Мукусев:У меня в столе лежит пачка сигарет Camel без фильтра. Я привёз их из Америки летом 90-го года. «Во! Солдатские, мои любимые», - сказал Лист. Открыли. Покурили. И решили, что будем их курить тогда, когда надо будет обсудить что-то серьёзное. Сейчас в пачке три сигареты, а вернее, то, что от них осталось. Табак превратился в труху. Почему её не выбросил- не знаю. Я давно не курю. Как всё глупо. Пачка сигарет есть, а человека...Сергей Ломакин:Эта книга на самом деле о волшебной эпохе публицистической романтики и телевизионных прорывов, которые с менталитетом сегодняшней ТВ-молодёжи вряд ли осуществимы.

Василий Стенькин знаком читателям «Байкала» по рассказам о чекистах, опубликованным в журнале в разное время. Новая повесть «Под чужим небом» основана на документальных материалах.Е. Д. Таров — наш земляк, филолог, владеющий несколькими восточными языками, по заданию ЧК служил в штабе атамана Семенова, затем в годы Отечественной войны — в агентуре японской разведки. При его участии удалось раскрыть зловещие планы бактериологической войны, которую готовили японские захватчики против СССР.Повесть публикуется с некоторыми сокращениями.

Писатель-этнограф, двоюродный брат декабриста Ивана Якушкина.

После войны он [А. Явич] пишет «Севастопольскую повесть» (1948) — рассказ о последнем дне батареи, которая до последнего снаряда и последнего человека дралась с фашистами. Один из персонажей повести, фронтовой корреспондент Озарнин, схож с самим писателем, и можно предположить, что в нем есть автобиографический материал.