Документальные книги читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 308

Публицистические очерки и рассказы известного челябинского писателя, автора многих книг, объединены идеей бережного отношения к родной земле, необходимости значительной перестройки сознания человека, на ней хозяйствующего, непримиримости к любым социальным и нравственным компромиссам.

«Предсвяточное событие Белокаменной – смерть Захарьина. Когда я увидел это неожиданное известие в „Московских ведомостях“, я, право, не поверил своим глазам и даже протер их:– Как же это? Захарьин, сам Захарьин – и вдруг умер?!.»

«Мелкий дождь моросит не переставая; сыро, мокро, скользко; серый туман, как войлок, облегает небо; воздух тяжел и удушлив; холодно, жутко, кругом грязь и слякоть, земля как болото, все рыхло, все лезет врозь. Осень.Безотрадно путнику. Но что же внезапно, сквозь туманную пелену воздуха, поражает и приковывает, и радует его взор, и как-то свежит и молодит душу?.. Это озими, это изумруды полей в черной раме осенней грязи, это зеленые всходы будущей жатвы, молодые ростки добрых, хлебных зерен!..»

«Мелкий случай, но с сотнями ему подобных он освещает, он помогает уразуметь многие темные явления нашей жизни, – эту загадочную беду нашего внутреннего общественного настроения, которую все мы болезненно ощущаем, но которой ни смысла, ни силы еще не познали, или не умеем познать. Не умеем главным образом потому, что ищем объяснения в причинах внешних, «от нас не зависящих», тогда как причины – нравственного и духовного свойства и хоронятся, большею частью, в нас же самих. Случай мелкий, по-видимому, но вдумываясь в него приходишь незаметно к выводам серьезным и крупным…»

«…Я уверяю Вас, что я давно бескорыстно или даже самоотверженно мечтал о Вашем юбилее (я объясню дальше, почему не только бескорыстно, но, быть может, даже и самоотверженно). Но когда я узнал из газет, что ценители Вашего огромного и в то же время столь тонкого таланта собираются праздновать Ваш юбилей, радость моя и лично дружественная, и, так сказать, критическая, ценительская радость была отуманена, не скажу даже слегка, а сильно отуманена: я с ужасом готовился прочесть в каком-нибудь отчете опять ту убийственную строку, которую я прочел в описании юбилея А. Н. Майкова (тоже высокоценимого мною, признаюсь, с несколько меньшим субъективным пристрастием).Какая же была эта убийственная строка? …»

«Я обещал вам, любезный друг, объездить Московские окрестности и сказать несколько слов о том, что увижу.Исполняю свое обещание; но время, мною избранное, не благоприятствует живописи предметов. Осенью хорошо сидеть у камина, а не скитаться; хорошо думать, а не смотреть. Не даром русские бранятся сентябрем месяцем! Унылый вид природы располагает только к меланхолическим Іеремиадам, для которых нет нужды дышать туманами и прятаться в коляске от дождя: плакать стихами и прозою всего лучше в кабинете…»Произведение дается в дореформенном алфавите.

«Чрезвычайная распущенность Грозного, жестоко истязавшего своих подданных во время оргий, — все это приводило Москву в трепет и робкое смирение перед тираном. В 1570 году под надуманным предлогом он разоряет Новгород…»Такими формулировками кишат интернет-рефераты для школьников и студентов, примерно так и представляется сегодня добросовестному налогоплательщику образ первого русского царя. Именно таким и предстал Грозный перед жюри Каннского кинофестиваля прошлого года. Тогда киноверсия Павла Лунгина многих историков возмутила. И действительно, в то же время в ТВ-референдуме «Имя России» Грозный рассматривается в качестве возможного претендента на то, чтобы сегодня и всегда олицетворять — собою! — великую страну. Не слишком ли — для циничного богохульника, отпетого самодура, жестокого деспота, развратного многоженца, убийцы собственного сына, разорителя собственного народа и вообще кровопийцы-опричника?

Творчество советских художников, основоположников жанра космической живописи, крайне интересно само по себе. Одновременно, его можно рассматривать и как яркий пример новейшей "исторической вилки" в развитии цивилизации на Земле, в результате которой земляне на десятилетия потеряли настоящую дорогу в Большой Космос. Это "альтернативная история", происходящая на наших глазах в виде трагедии, когда наше реальное космическое завтра нам жульнически подменили кривляниями актеров Голливуда в "космических операх", бесконечным враньем по телевизору, кровавыми войнами за ресурсы и сверхприбыли ТНК, скудными подачками сегодняшнего дня и весьма проблематичным будущим.Что нужно сделать для того, чтобы вернуть себе утраченную дорогу к звездам? Автор предлагает свой ответ. Он всё ещё вполне реален для нас как народа, как социума.В публикации оставлена орфография оригинала, в частности, Множество Слов Написанных С Большой Буквы.Часть 3 из 5: Красная Империя на Красной Планете - Освоение Марса

Предисловие к антологии «Другое небо», составленной из произведения зарубежных писателей-фантастов на религиозные темы.

В новой книге Владимира Сергеевича Бушина, популярного пламенного критика и публициста, известного своей бескомпромиссностью и аргументированностью, собраны статьи из периодики 2011 года. «Герои» все те же: прохиндеи, клеветники, очернители прошлого и настоящего великой Родины писателя.

"Литературная газета" общественно-политический еженедельник Главный редактор "Литературной газеты" Поляков Юрий Михайлович http://www.lgz.ru/

«Вельшингер, достойный представитель новейшей исторической школы во Франции, под заглавием „Le Maréchal Ney“, напечатал документальную историю крупного политического процесса, который был затеян правительством Людовика XVIII против маршала неё, герцога Московского, и в 1815 году окончился, как не безызвестно, присуждением маршала к расстрелянию. История эта в изложении Вельшингера основана на протоколах военного совета и французской палаты пэров, на письмах осужденного и его жены…»

Очерк известного критика и литературоведа Евгения Павловича Брандиса посвящён жизни Паскаля Груссе — одного из замечательнейших деятелей Франции второй половины XIX века. Он был известен как публицист, политик, революционер — один из руководителей Парижской Коммуны. Но мало кто знает, что кроме того, он писал фантастические романы под псевдонимом Андре Лори и, по-видимому, был одним из тех литераторов, что дописывали после смерти Жюля Верна оставшиеся незавершёнными труды знаменитого писателя.

Книга обращается к поколению наших учителей, которые по праву принадлежат к числу основателей российской социологии. Издание построено на серии интервью и неформальных биографических материалах. Они дают нам возможность взглянуть на историю профессионального сообщества глазами «шестидесятников» и тех, кто, подобно Теодору Шанину, наблюдал ее сначала извне, а потом изнутри. Также они помогают понять, как в советское время формировались внутренние условия для последующей институционализации отечественной экономической социологии.