Критика читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 59

Опубликовано в журнале «Литературное обозрение», 1977 №10, стр. 76-82

«Все новые произведения Л. Андреева возбуждают внимание критики и общества, об них пишут, говорят, читают лекции, собеседуют. Надо признать, что это – вполне заслуженно: Л. Андреев – талант истинный, выдающийся. Среди современных беллетристов он должен занимать одно из первых мест, хотя, может быть, и не самое первое, какое так охотно предоставляет ему дружеская критика…»

В своей новой книге Владимир Сергеевич Бушин прошелся своим острым пером по творчеству классиков советской и постсоветской литературы. Звание «мэтров» не уберегло Вадима Кожинова и Григория Бакланова, Александра Солженицына и Булата Окуджаву, Александра Проханова и Эльдара Рязанова от критики «в стиле Бушина», беспощадной и остроумной, от которой, по выражению Сергея Михалкова, никакие «адвокаты не спасут».

В этой книге, написанной специальным корреспондентом "Известий" Владимиром Перекрестом, расследуется история головокружительного взлета и сокрушительного падения одного из самых ярких и могущественных российских олигархов — Михаила Ходорковского. Как такой влиятельный, умный, обаятельный и богатый человек оказался на скамье подсудимых? На основе документальных, материалов и информации из высших сфер политического и делового истеблишмента автор дает ответ на вопрос об истинных причинах его ареста и сурового наказания.Книга, как это часто бывает, началась с газетной публикации. Серия из пяти материалов, объединенных таким же названием, как и у книги, которую вы держите в руках, побила все рекорды посещаемости на интернет-сайте "Известий" и вызвала наибольшее число читательских откликов. Они не прекращаются до сих пор — именно поэтому автор возвращается к этой теме. Но уже в книжном формате — существенно расширенном и дополненном.

Космическая опера. Краткие заметки по истории жанра.

В этом предисловии к 23-му тому Собрания сочинений Жюля Верна автор рассказывает об истории создания Жюлем Верном большого научно-популярного труда "История великих путешествий и великих путешественников".

«Драматическая хроника: „Король Ричардъ второй“ обнимаетъ собою только два последніе года царствованія и жизни этого короля (1398–1400). Въ первомъ действіи онъ является такимъ, какимъ его показываетъ исторія: самовластнымъ, легкомысленнымъ, окруженнымъ недостойными любимцами, не щадящимъ ни жизни, ни свободы, ни имущества своихъ подданныхъ. Исторически верны и обе сцены между Болингброкомъ, герцогомъ Гирфордскимъ, сыномъ Джона Ганта, герцога Ланкастерскаго (будущимъ королемъ Генрихомъ ІІ-мъ) и Томасомъ Моубрэемъ, герцогомъ Норфолькскимъ. Для дальнейшаго развитія действія летопись Голиншеда дала Шекспиру главные факты – конфискацію наследства, оставшагося после Джона Ганта, отъездъ Ричарда въ Ирландію, регентство герцога Іоркскаго, высадку изгнаннаго Болингброка, быстрый успехъ поднятаго имъ мятежа…»Произведение дается в дореформенном алфавите.

русский религиозный философ, литературный критик и публицист

русский религиозный философ, литературный критик и публицист

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.

В послесловии к 25-му тому собрания сочинений Жюля Верна Анатолий Москвин размышляет о причинах, побудивших писателя завершить свою "Историю географических открытий" на 30-40-х годах XIX века. Критически описан недостаток материалов о русских географических экспедициях. А. Москвин также вспоминает экспедиции и путешествия XIX века, которые по праву должны были быть включены в "Историю".

«На горизонте русской литературы тихо горит чистая звезда Бориса Зайцева. У нее есть свой особый, с другими не сливающийся свет, и от нее идет много благородных утешений. Зайцев нежен и хрупок, но в то же время не сходит с реалистической почвы, ни о чем не стесняется говорить, все называет по имени; он часто приникает к земле, к низменности, – однако сам остается не запятнан, как солнечный луч…»

«По смерти своего основателя «Современник» изменился во внешнем плане. К числу перемен относится помещение стихотворений отдельно от прозы, под особою нумерациею страниц. Не думая нисколько вмешиваться в домашние распоряжения чужого и притом высоко уважаемого нами журнала, мы все-таки скажем, что такое распоряжение, при нынешнем состоянии стихотворства, не может быть выгодно ни для какого журнала…»

Рецензия на антологию – одно из выразительных свидетельств тех важных перемен, которые совершались в середине 1840-х гг. в эстетических взглядах Белинского и в конкретных критических оценках им отдельных писателей и литературных направлений. Еще в начале 1840-х гг., положительно характеризуя поэтическое мировоззрение Жан Поля, прихотливо соединившего в своем творчестве черты просветительского, сентименталистского и романтического подхода к действительности, Белинский ставил его в ряд с такими выдающимися писателями, как Шиллер, Гофман, Байрон и др.

Для Белинского творчество Ган интересно прежде всего как выражение художественной одаренности женщины. В краткой рецензии, предшествующей его большой статье о Ган, он писал: «Между русскими писательницами нет ни одной, которая достигла бы такой высоты творчества и идеи и которая в то же время до такой степени отразила бы, в своих сочинениях, все недостатки, свойственные русским женщинам-писательницам».

Появлению статьи 1845 г. предшествовала краткая заметка В.Г. Белинского в отделе библиографии кн. 8 «Отечественных записок» о выходе т. III издания. В ней между прочим говорилось: «Какая книга! Толстая, увесистая, с портретами, с картинками, пятнадцать стихотворений, восемь статей в прозе, огромная драма в стихах! О такой книге – или надо говорить все, или не надо ничего говорить». Далее давалась следующая ироническая характеристика тома: «Эта книга так наивно, так добродушно, сама того не зная, выражает собою русскую литературу, впрочем не совсем современную, а особливо русскую книжную торговлю». Это обстоятельство Белинский и обещал избрать основной темой будущей статьи.

«Нечего и говорить, что появление книги, которая слишком далеко выходит из-под этого уровня, должно быть истинным праздником для критики. К таким редким книгам принадлежит «Тарантас» графа Соллогуба. Несмотря на то, что из двадцати глав, составляющих это произведение, целых семь глав были напечатаны в «Отечественных записках» еще в 1840 году, «Тарантас» – столько же новое, сколько и прекрасное произведение, которое своим появлением составило бы эпоху и не в такое бедное изящными созданиями время, каково наше…»