Счастливые Ботинки. Сказочная дилогия - Катришка Трям (Кейт Андерсенн)

Во второй комнате Минделе действительно стоял компьютер, вполне современный. Кроме того, с последними обновлениями Windows 7 и прочими удобствами. Его настраивал безумный ученый? Мог бы вполне. Но Минделе обладала достаточно хакерскими способностями, чтобы справиться с подобной задачей самостоятельно. Его и также все пять томиков Джейн Остин, красовавшихся над широкой укрытой комфортным пледом кроватью, Минделе удалось заказать и получить еще давно через странствующего торговца. Собственно, и баночки, и некоторые приборы тоже.

– Странствующего торговца?! – прозвучало колоритно.

– Да, – немного загадочно улыбнулась Минделе. – Был тут такой. Провозил через портал любые штучки. Но по какую сторону он остался теперь, не знаю.

– А ты случайно здесь осталась? – спросила Мия. – Перед разрушением портала?

Минделе покачала головой с мягкой улыбкой в отрицание и поковыряла вилкой в тарелке.

– Я уже давно здесь живу. Решила удалиться от суеты.

– То есть, ты по своей воле перестала быть странницей? – удивилась я. – Вот так восстание против традиций!

Минделе все улыбалась.

– Какатоесть, я приняла решение. К счастью, у любого человека есть право самому решать, что делать. Хотя, конечно, никто бы его не поддержал. Потому я просто исчезла в этом лесу в этом домике.

Да, Минделе тоже была из борцов. Но, скорее, незаметных и подпольных. А не тех, что лезет на амбразуры, как я.

– Так отчего вам вдруг пришла идея с вареньем? – переключилась Минделе с несколько грустной темы на дела наши насущные.

– Это чтобы попасть во дворец, – пояснила Мия, жуя пельмень.

– Во дворец?! – для Минделе это было неожиданно.

Я кивнула, дожевывая свой кусок.

– У нас тут большое расследование развернулось, – и кратко мы передали кудеснице содержание наших журналистских приключений. Она слушала внимательно, в присущей ей манере то слегка нахмуренного сочувственно лба, то в умилении подлетевших домиком бровей, то медовых коротких смешков веселья и мотания головой в порыве чувств.

– И теперь вы хотите пойти во дворец?! – с непониманием скривилась она. – После всего?

– Мы должны выяснить, что там к чему, – отвечала я. Мия подтвердила мои слова кивком поддержки, впрочем, не вполне энергичным.

– Но зачем?.. – Минделе пыталась призвать нас к благоразумию, впрочем, с долей понимания такого авантюризма в голосе.

Я пожала плечами.

– Просто… Отступить – значило бы бросить все на полпути, понимаешь?…

Минделе кивнула. Она понимала. Нас не отговорить.

– Тогда начнем! М? – забавным кивком предложила она.

Когда рассвет протер свои заспанные глаза первым лучом солнца по небу, мы уже были у ворот дворца. Мы – это я и Мия: Минделе все же назвала нашу затею «без сомнений, безумной» и осталась дома. Зато в рюкзаке у меня позвякивало несколько баночек со свежесваренным вареньем. И Минделе предложила нам несколько иной, несколько более безопасный и несколько более простой план. Который мы и собрались осуществить. Да, мы еще, естественно, переживали, чтобы не попасться на глаза охранникам, что нас разыскивали. Иначе все провалилось бы с самого начала. Даже не начавшись. Итак, я, пожалуй, перейду к непосредственному изложению событий.

Мы постучались в дверь черного входа. Хоть и не парадный, он все же выглядел лучше, чем одесские «парадные».

Дверь отворил невысокий юркий кругленький паренек в белом колпаке. Поваренок?..

– Что вам угодно?.. – достаточно приветливо поздоровался он.

– У нас есть деловое предложение насчет необычного рецепта, – сказала я, стараясь выглядеть как можно представительнее.

– Насчет… рецепта? – не понял парень.

– Эй, Джим! – донеслось из кухни. – Давай там поживее!

Джим?.. Откуда мне смутно знакомо это имя?..

– Да, дело в том, что у меня и… гм, – я быстро указала на Мию, – и моего пажа, – она хотела было возмутиться или запротестовать, но я толкнула ее локтем куда-то в бок, так, что она схватилась за него (видимо, больно получилось), – у нас есть особый рецепт и особое лакомство. Мы уверены, что королю бы понравилось. И потому хотим продать рецепт.

– Особый рецепт?.. – Джим заинтересовался и, почесав затылок, притворил тихо дверь сзади себя. – А что за лакомство? И какая цена?

Мы немного смешались. Я не ожидала, что подобные вопросы придется решать прямо на улице, если уж быть честной.

Джим нашел нужным пояснить:

– Понимаете, я на кухне всего несколько дней, и никто не верит, что у меня кулинарный талант. А если бы я вдруг предъявил особый рецепт… Это сразу добавило бы мне веса, понимаете? Так что, – он сдвинул брови решительно, – я не пущу вас к повару. Если хотите продать рецепт, то только мне.

Мы с Мией обменялись взглядами. Однако, глаза Джима были по-прежнему устремлены на меня.

– Что же, – я приняла вид, будто делаю одолжение. – Хорошо. Цена за рецепт такая: мы хотим увидеть весь дворец – от башни до подвала.

Такого поворота Джим не ожидал, о чем вещали его вытаращенные глаза светло-синего цвета.

– В-весь дворец?!

– Да, – взялась я за лямку рюкзака. – А если нет, – я сделала вид, что мы уходим.

– Нет, подождите! – протянул Джим руку, как к последней надежде жизни. В нем боролись решения. – Я… я думаю, что все получится. Давайте рецепт.

– Ну, уж нет! – возразила я. – Вначале ты попробуешь и оценишь вкус, затем заплатишь цену, а потом уж я дам тебе рецепт.

Джим снова почесал затылок.

– Хорошо, – сказал он наконец. – Только вам придется переодеться в одежду прислуги, чтоб не вызывать лишних вопросов. Идите за мной.

Конечно же, землянично-брусничный джем с пектином не мог не понравиться поваренку. Как ни был прост рецепт, теперь ожидалось, что он выполнит свою часть соглашения.

Заставлять нас переодеться ему не пришлось. В чепчиках, фартуках и платьях горничных только мы и могли остаться незамеченными. Ведь попали-то в самое сердце лагеря врага.

Из кухни и подсобного помещения с темными кладовками мы стали подниматься по служебной винтовой лестнице.

– Здесь есть дверь на каждый этаж, – пояснял Джим. – Чтоб было легко и быстро попасть в нужную комнату. Давайте начнем сверху.

– А что там наверху? – спросила я, преодолевая очередной поворот полутемной лестницы. Официанты и официантки как-то умудряются бегать здесь с быстротой молнии с подносами с бокалами, полными до краев. Как им это удается?

– Комнаты прислуги и башня для заключенных в другой стороне.

Это нас не интересовало.

– Я хочу начать с фамильных портретов королевской семьи.

– Это на главной лестнице и в галерее, – поразмыслил Джим. – Там можем кому-то и на глаза попасться. Вот, возьмите тряпки, в крайнем случае, начнете протирать пыль на картинах и доспехах.

– Ты так недавно во дворце, и все это знаешь, – не могла не отметить я, пряча тряпку в карман вслед за Мией.

– Да, но, знаете, – отворив дверь на энный этаж, вполголоса отвечал Джим, – раньше я был пастухом и привык внимательно запоминать детали. Если б не Анжела, племянница дворцового повара, мои мечты стать великим поваром так и остались бы мечтами.

Пастух. Анжела. Да это же… друг детства Сары?! Так значит…

– Вот здесь начинается галерея портретов, – указал Джим на начало шикарной лестницы, ковром простирающейся вверх, с удовольствием гида-энтузиаста. – А вы уже видели нашего короля?

– О да, – поспешила, и зря, ответить я. Это повысило наш авторитет в глазах поваренка. Но экскурсия была прервана чьим-то возгласом:

– Джим! Отчего ты не на кухне?

– Я пошел, – шепнул Джим нам неслышно и разом повернулся на каблуках перед напыщенным лакеем, довольным, что нашел кого-то валяющим дурака (как и он сам, впрочем, только власти у него-то было больше). – Я просто показывал новеньким фронт работ. До свидания.

Мы схватились с Мией за тряпки и начали судорожно натирать один и тот же доспех с разных сторон, всячески представляя себя сосредоточенными на этом важном занятии.

Лакей был удовлетворен своим маленьким всевластием и, аристократично заложив руки за спину, удалился по коридору, не меряя нас даже взглядом, но опасно близко. Я заметила,