Трюфели, напасти и коварство - Моргана Бест
Никто, кроме меня, – мысленно добавила я.
– Подождите здесь, – снова сказал Райкер.
На этот раз он поспешил к Клайду, который велел всем сесть на стулья в другой стороне комнаты. Мириам всё ещё была явно в ужасном состоянии, и Крейг её утешал. Минни утешали две женщины, с которыми я ещё не успела познакомиться.
Через короткое время Райкер вернулся ко мне.
– Вы могли бы нарисовать мне этот предмет?
– Конечно.
Райкер отвёл меня в боковую комнату, и я как могла изобразила этот предмет вместе с шоколадной конфетой-мухомором. Судя по всему, моё художество его слегка разочаровало.
– То есть, по сути, это была просто какая-то клякса? – спросил он.
Я возмущённо покачала головой.
– Нет, это была не клякса, не что-то вроде глазури. Оно держало форму. Что-то круглое, вроде купола.
– И на каком расстоянии от этого предмета вы находились, мисс Майерс?
– Примерно как отсюда до той стены, – сказала я, указывая на дальнюю стену. – Но я видела всё ясно. В конце концов, это лежало на одной из моих конфет, а я этого туда не клала.
– А на других особых конфетах вы не заметили сверху чего-то похожего?
Тут мне пришлось задуматься.
– Вообще-то я только видела, как он запускал руку в коробку, а потом запихивал конфеты в рот, – сказала я. – Я бы ничего не заметила, были там сверху эти штуки или нет.
Райкер, похоже, обдумывал это.
– Хорошо, мисс Майерс. Можете присоединиться к остальным, и мы вскоре снимем у вас показания – когда приедут криминалисты.
Я вернулась в основную комнату и встала рядом с Летти, которая, в свою очередь, стояла возле огромного папоротника в кадке.
– Смотри, вон тот назойливый местный репортёр, – сказала Летти. – Грэм Гибсон. Откуда он так быстро пронюхал?
Я пожала плечами.
– Может, слушает полицейскую рацию, как по телевизору показывают.
Летти уже собиралась ответить, но не успела – Грэм Гибсон ринулся к нам.
– Нарел Майерс, полагаю? – самодовольно сказал он.
– Да, – ответила я.
Он оглядел Летти с головы до ног.
– Рад снова вас видеть, Летти, – произнёс он таким тоном, что было совершенно ясно: видеть Летти он ничуть не рад.
Летти просто смерила его взглядом и ничего не ответила.
– Я недавно вернулся в город, но уже навёл справки, – сказал он. – Нарел, если можно вас так называть?
Не дожидаясь моего ответа, он продолжил:
– Нарел, вы ведь оказались замешаны во всех недавних убийствах в этом городе, не так ли?
– Она ни в чём не была замешана, – резко бросила Летти. – Просто так вышло, что она пару раз оказывалась рядом, когда такое случалось. Подозреваемой она никогда не была.
Мужчина только ухмыльнулся.
– А теперь увезли мужчину – отравленного после того, как он съел ваш шоколад, Нарел.
– Я не отравляла шоколад! – выдавила я из себя, но Грэм лишь ухмыльнулся мне в ответ.
– Давайте посмотрим на факты, – сказал он с издевательской интонацией. – Мужчину отравили, и он может умереть. Перед тем как свалиться, он съел ваш шоколад. Следовательно, шоколад был отравлен. Отравили ли его именно вы – уже другой вопрос. И сделали ли вы это намеренно – вопрос отдельный.
Я онемела. Похоже, и Летти тоже, потому что мы обе стояли молча. К счастью, к нам подошёл детектив Клайд.
– Сейчас сниму ваши показания, Летти, – сказал он с широкой улыбкой.
Мне даже показалось, что он ей подмигнул, но уверена я не была. Я извинилась перед репортёром и пошла сесть на свободное место в середине группы. Случайно подняла глаза и увидела, что репортёр фотографирует меня на свой айфон, и я инстинктивно прикрыла лицо рукой.
Грэм Гибсон улыбнулся и ушёл. Вскоре прибыли ещё несколько человек – видимо, криминалисты, – и Райкер, понизив голос, что-то им сказал, после чего открыл дверь в зал для приёмов.
Всё это превращалось в какой-то кошмар. Полиция, похоже, считала, что дело в яде, и этот назойливый репортёр тоже решил, что это отравление, хотя, может, он просто хватался за соломинку в надежде состряпать сенсационную статью. И всё же было ясно: полиция рассматривает это как покушение на убийство, а значит, Стэн действительно проглотил яд. Если его не было в вине, тогда он должен был оказаться в моём шоколаде. Я знала, что не отравляла шоколад. Значит, это сделал кто-то другой. Но кто?
Я оглядела комнату. Выходило, что я нахожусь в одной комнате с тем, кто пытался совершить убийство, – если только этим человеком не был Мик Холдер, ведь он ушёл после стычки со Стэном. Ах да, ещё была домоправительница Дафна Деламар – она тоже ушла после перепалки со Стэном.
Я вздохнула и опустила голову на руки. Ночка выдалась ещё та, и она ещё далеко не закончилась.
Вскоре вернулась Летти, но прежде чем я успела с ней заговорить, детектив Райкер утащил меня давать показания. Я подумала: странно, что нас не попросили приехать в участок, но, наверное, нас было слишком много, а им хотелось, чтобы события ещё были свежи в памяти, – учитывая, что, без сомнения, кто-то из нас был убийцей.
Я села напротив детектива Райкера в маленьком кабинете и вытерла вспотевшие ладони о платье. Я нервничала, будто пришла на собеседование. Кабинет был стерильно-безликим, весь белый и стальной, а мебель выглядела так, словно её купили в дешёвом магазине, где всё продаётся в плоских коробках. Вдоль стен стояли горшки с пальмами, но с моего места было не понять, настоящие они или искусственные. Скорее всего, искусственные: уж слишком зелёные и глянцевые. Настоящие растения в помещении так хорошо не выглядят. Из окна виднелись крыши соседних домов – насколько их можно было разглядеть при затянутой облаками луне. Мимо пролетела сова – или какая-то другая крупная ночная птица, – и я вздрогнула.
Когда я в очередной раз пересказала Райкеру события вечера, он спросил:
– А какие у вас были отношения со Стэном Уэллингсом?
Я покачала головой.
– Я с ним раньше никогда не встречалась. Единственный человек, с которым я была знакома до приезда сюда, – это Мириам Моретон, его личный секретарь. Именно она заказала весь шоколад на эти проводы на пенсию.
– Я заметил, что все шоколадные
Ознакомительная версия. Доступно 8 из 40 стр.