Отвратительная семерка - Майя Яворская

Серия «Детектив под абажуром. Уютные детективы Майи Яворской»

© Яворская М., 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2025

– Кира, выручай! – раздался в трубке ноющий голос Тани.

– Что случилось? – настороженно спросила Самойлова, пытаясь сообразить, что за геройский поступок и ради какой великой цели она должна совершить в столь ранний час.

Неожиданный звонок стряхнул последние остатки сна. Самойлова сидела на кухне с кружкой чая уже минут двадцать, качая ногой и уговаривая себя отлипнуть от стула и пойти на прогулку с Чиком. Собираться и выходить на улицу категорически не хотелось. Возможно, из-за того, что сегодня ее ожидала еще одна фотосессия – очередная свадьба. Как же Кире надоело снимать одни торжества.

«Все так стандартно, предсказуемо. Прямо до тошноты. Ну хоть бы кто-нибудь придумал что-то оригинальное!» – Кира сидела и с грустью размышляла над шаблонностью человеческого мышления.

Тут-то ее и вернул к реальности этот ранний звонок. Если школьная подруга встала ни свет ни заря, чтобы пообщаться, значит, случилось что-то крайне важное. Обычно по выходным та спала до полудня. И Кира даже не могла представить себе тот соблазн, который бы заставил Татьяну подняться с утра пораньше.

– Возьми, пожалуйста, Пипу к себе на несколько дней, – попросила та.

– Зачем?

– Меня Вадик приглашает съездить к морю на неделю, а собаку оставить не с кем.

– Что за Вадик? – зевая, полюбопытствовала Кира.

– О! Он классный! Жутко умный, добрый и щедрый.

– Так ты с одним едешь или сразу с тремя?

– Да ну тебя с твоими шуточками.

– Ладно, больше не буду. И когда вы едете?

– Так сегодня и едем.

– И что, ты не знала об этом раньше? Могла хотя бы заранее предупредить.

– В том-то и дело, что не знала. Честно. Он решил сделать мне сюрприз и только вот позвонил, чтобы обрадовать. В аэропорту надо быть в двенадцать. Поэтому времени в обрез.

– А уж меня-то Вадик как обрадовал!

– Ну ладно тебе, не злобься. Возьми, пожалуйста, Пипу.

– Твоя собака – наглая, невоспитанная, избалованная девица. Плюс я не знаю, как они с Чиком поладят.

– Отлично поладят. Чик и мухи не обидит.

– А Пипа?

– Если будет выступать – треснешь ее газетой. Если не поможет, рукой по попе. Помоги, ну пожалуйста… – противным голосом начала завывать подруга.

Объяснять Тане, что так никто не делает и ее избранник на самом деле не очень умный, не хотелось. Какой смысл? Все равно не поверит. И не отстанет. А это самое неприятное. Так что проще сэкономить время и сразу согласиться. Самойлова тяжело вздохнула:

– Хорошо. Мы сейчас идем гулять, привози собаку к моему дому. Не успеешь – не возьму.

– Спасибо, дорогая! Жди через пятнадцать минут, – подруга бросила трубку, даже не попрощавшись.

Выйдя во двор, Чик только успел проверить, на месте ли его коты под машинами, и заглянуть на ближайшую помойку за чем-нибудь вкусненьким, как к дому подъехала машина. Из нее выгрузилась Таня – щуплая вертлявая девица – с большой спортивной сумкой и собакой на поводке.

Пипа была дворнягой, как и Чик. Но в генотип та набрала причудливое сочетание кровей: окраской она больше походила на богемскую овчарку, а пропорциями и ростом – то ли на таксу, то ли на корги.

Хозяйка свято верила, что это шведский вальхунд. Только с чуть более темной и длинной шерстью. Самойлова еще посмеивалась: «Напиши шведам, что вывела московского вальхунда. Они будут в восторге. Станешь основателем новой породы». Она же называла Пипу «заниженная овчарка» – по аналогии с автомобилем.

Собака, тут же забыв о Тане, бросилась здороваться. Кира присела, чтобы приласкать ее, но та, моментально поставив передние лапы на колено Самойловой, вылизала глаза, нос и уши. Отбиваться от псины было невозможно. Она действовала с невероятной скоростью. Язык легко пролезал между пальцев, и прикрывать лицо было бессмысленно.

– Только рот не открывай, все остальное – ерунда, – с опозданием предупредила Татьяна.

Пока Кира утиралась после обильных «поцелуев», Пипа слегка подпрыгнула и клацнула зубами перед ее носом. От неожиданности Самойлова резко отпрянула и, потеряв равновесие, плюхнулась на пятую точку. Собака, удовлетворившись результатом своей шутки, тут же потрусила в направлении Чика. Оббежав и обнюхав его со всех сторон, Пипа убедилась, что ничего особенного и интересного в нем нет, собака как собака. Она постояла какое-то время в раздумьях, осматривая двор. Но тот был таким же неинтересным, как и Чик. Поэтому все же решила, что поиграть вместе можно.

Припав на передние лапы, Пипа громко гавкнула и завиляла хвостом. Последовала пауза. После которой Чик решил, что безопаснее будет не связываться. Он встал боком, заложил назад уши и скосил на нее глаза. Чтобы не подумала плохого, на всякий случай слегка вильнул хвостом и замер. Заниженную овчарку такой вариант не устроил. И она стала бешено нарезать восьмерки вокруг пса в расчете его расшевелить.

Пробегая в очередной раз прямо у него под носом, Пипа вцепилась зубами в хвост и повисла на нем. Чик от неожиданности издал звук, больше всего напоминающий крик раненой чайки, и кинулся в сторону. Пипа решила не разжимать челюсти. На ее взгляд, так выходило даже забавнее.

– Ну вот видишь, они прекрасно поладили! – умилилась Татьяна, снимая сумку с плеча.

– Да уж… – Кира уже догадалась, в какой кошмар для ее собаки превратится то время, пока Пипа будет жить с ними.

– Смотри, я тут ей все собрала, – продолжала как ни в чем не бывало подруга, деловито роясь в сумке. – Тут подстилка, миска, корм и две игрушки. По большому счету, больше Пипе ничего не надо.

– А нам? – поинтересовалась Самойлова, с любопытством глядя на Таню.

– Что вам? – не поняла та вопроса.

– Ведро валокордина ты для нас не захватила?

– Ой, да будет тебе. Не драматизируй, – махнула беззаботно рукой девушка. – Все, извини, убегаю.

Она чмокнула Киру для проформы куда-то в висок, прыгнула в машину и умчалась навстречу избытку ультрафиолета и соленой воды.

Самойлова