Иван Лебедев - Конец «черных рыцарей»

Тут у него срывается голос. Он в изнеможении опускается на свое кресло. Я уже стою у стола, раскладываю папку и начинаю спокойно излагать суть дела. Постепенно мой шеф начинает дышать ровнее. Правда, при каждом упоминании фон Неймана он морщится и даже сказал мне, что все эти фон Нейманы — плод моей фантазии, что они, мол, близнецы. Я все это пропускаю мимо ушей. Я красноречив, я привожу вещественные доказательства, показания свидетелей, и лицо моего шефа вытягивается и становится задумчивым. Он перелистывает дело и не задает вопросов.

Я кончил, а он молчит.

— Садитесь, — сказал он наконец спокойно. — Совершенно очевидно, что в политике вы ребенок, хотя и неплохой инспектор. В таком виде мы не можем допустить огласку этого дела. Никак! Нельзя, потому что политическая ситуация не позволяет нам делать этого. Я не стану объяснять. Вы возьмите дело и перепишите его следующим образом: виновник всему — Шредер. Он мертв и поэтому не в состоянии возразить. Клуд-Штарка мы выдворим из страны, а Тремуана ты уговоришь признать себя виновным в преступлении, которое ему обеспечит лет пятнадцать тюрьмы. Всякое упоминание о фон Неймане должно быть вытравлено, забыто. Понимаешь? За ним стоят слишком большие силы. Дело будет закрыто из-за смерти убийцы и сдано в архив.

Я рассердился. Доказывал, убеждал, но все напрасно. Потом я забрал свои красивые документы и новую папку и ушел, а мой шеф сказал мне вслед:

— Как жаль, дорогой Фриссон, что вы не разбираетесь в политике, иначе из вас вышел бы неплохой начальник полиции.

Осталось рассказать немногое.

Чемоданы, взятые у Шредера, содержали не только архивы и финансовые документы «рыцарей»; среди них нашлись и личные материалы фон Неймана.

Лишенная средств группа распалась. Покровители фон Неймана, приведенные в замешательство его действиями, отказались от него и посоветовали ему как можно скорее убраться в Южную Америку. Однако он не успел туда добраться. Он был убит в драке в гамбургском притоне.

В Москве содержимое чемоданов было изучено, а затем вместе со всеми материалами дела сдано в архив. Это было рядовым событием в работе разведки. Еще одна нацистская группа исчезла. Она не была единственной, она не была очень важной, но пока она существовала, была опасной.