Теодор Бун расследует: Обвиняемые - Джон Гришэм
Глава 13
Тео сидел в своем так называемом кабинетике в компании верного Судьи, не включая света, погруженный в невеселые раздумья. Через пару часов мать вернется из суда, они с отцом уединятся за закрытой дверью и начнут один из тех жутко серьезных разговоров, которые ведут только встревоженные родители. Потом его, Тео, как уголовника, вызовут держать ответ. Будут нотации. Мать расплачется. Отстранение от занятий! Да как он мог, и так далее и тому подобное. Тео уже устал думать об этом.
Первая реакция отца слегка обнадеживала: никаких драматических жестов, хотя отец вообще не был склонен к театральности. Никаких криков, хотя Вудс Бун был слишком расстроен, чтобы кричать. Никаких угроз и дополнительного наказания, но ведь родители всегда сначала отчитывали Тео, прежде чем запустить в него книжкой.
Всего несколько часов назад он и представить не мог, что его отстранят от занятий, и сейчас, вспоминая инцидент, спрашивал себя, стоило дело того или нет. В бунт Тео не верил и искренне расстроился, огорчив миссис Глэдвелл и мистера Маунта. Он опасался, что родители сочтут участие в драке позором, и это его беспокоило. Тео считал, что в насилии нет ничего хорошего – варварский мордобой, когда четверо пинаются, дерутся, царапаются и ругают друг дружку, а остальные, столпившись вокруг, самозабвенно следят, подначивая противников.
С другой стороны, Тео немного гордился – он ведь пришел на помощь другу, который оказался один против двух. Он видел одобрение в глазах одноклассников и друзей: ложно обвиненный отстаивал товарища и свое доброе имя.
Классный все-таки у него друг. Тео не смог сдержать улыбки, вспоминая потасовку. Он восхищался быстротой и бесстрашием Вуди, без колебаний врезавшего дураку Бакстеру. Тео подозревал, что Вуди не успокоился. Скорее всего он подождет окончания занятий, подловит Бакстера на выходе с территории школы и подобьет ему второй глаз. Тео надеялся, что ему самому драться больше не придется, но если ситуация снова обострится, хорошо бы Вуди оказался рядом.
В дверь тихо постучали.
– Входите, – сказал Тео.
Появилась Эльза, с красными глазами и мокрыми щеками. Она включила свет и, наклонившись, обняла Тео.
– Мальчик мой, мне так жаль, – всхлипнула она.
– Это пустяки, – заверил Тео, меньше всего желавший сейчас устраивать сцены. Он перетерпел объятия. – У меня все нормально. Это пустяки, – повторил он, сдерживая раздражение.
Эльза выпрямилась и вытерла щеки платочком.
– Поверить не могу, ты же милейший ребенок на свете!
– Ну это вряд ли. В лучшем случае в первой пятерке. Эльза, все в порядке!
– Кто на тебя напал?
– Никто. Произошла глупая драка, ничего особенного.
Секретарша промокнула щеки платочком, начиная понимать, что ее сочувствие не ценят.
– Я все равно люблю тебя, Тео, – выдержав театральную паузу, заявила она, будто Тео кого-нибудь убил.
– Со мной все в порядке, Эльза, в полном порядке.
«А теперь, пожалуйста, выйди уже отсюда».
Секретарша ушла, и Тео выключил свет. Они с Судьей вернулись к своим мыслям, ставшим довольно веселыми. Прошло пять минут, и в дверь снова постучали.
– Да! – сказал он.
Дверь приоткрылась, и порог нерешительно перешагнула Дороти, секретарша отдела недвижимости. Включив свет, она спросила: – Тео, ты как?
– Нормально, – коротко сказал он, на секунду испугавшись, что и Дороти кинется к нему с неловкими объятиями, будто его нужно поддерживать физически.
– Ужас, что творится. Как же тебя от уроков отстранили?
– Я ввязался в драку, а драться в школе запрещено.
– Да, но ведь ее явно не ты начал!
Тео покачал головой и отвернулся к окну. Сколько же раз объяснять, как все произошло?
– Какая разница, чья вина? Драка, она и в Африке драка.
После неловкой паузы Дороти сказала: – Если тебе нужно дружеское плечо, я в кабинете.
– Спасибо.
Ну еще бы. Сразу пойду облегчать душу к взрослой тете, которая мне в матери годится.
Дороти вышла. Тео выключил свет. Дисплей сотового засветился – пришло сообщение от Эйприл Финнимор: «Только что узнала. Ты нормально?»
«Ага. Сижу в офисе. Уроков нет. Супер».
«А родители?»
«Мама в суде, папа не особенно опечален».
«Кому ты врезал?»
«Не знаю. Контактов было множество».
«Раны? Кровь?»
Тео вдруг захотелось немного приукрасить правду.
«Губа разбита в кровь».
«Потрясающе! Когда я посмотрю?»
«Позже, я еще уроки не доделал».
Тео снова вернулся к своим мыслям. Через пять минут в дверь постучали. Не успел он ответить, как вошел Вине и включил свет. Вся фирма «Бун энд Бун» отметилась в полном составе. Осталась только Марселла Бун.
Вине много лет был помощником матери Тео. На нем лежала трудная и неприятная часть подготовки бракоразводных процессов, которые вела миссис Бун. Вине мало бывал в офисе, в основном вел свои расследования, шпионя за мужьями клиенток и проверяя заявленные факты. За много лет Тео усвоил: при разводе клиентки часто утаивают часть правды или, наоборот, многое преувеличивают. Винса отправляли проверять факты. Хотя ему было за тридцать, женат он не был. Хороший человек,