Новый человек-невидимка - Джон Диксон Карр
Вероятно, читателям интересно узнать, насколько характеристика Родмана в отношении этой пары совпадала с действительностью. Вполне возможно, что он немного приукрасил миссис Хартли в своем романтическом воображении. Ничего неземного и возвышенного в Бетти Хартли не было. На пороге появилась красивая, пышущая здоровьем молодая женщина. Взгляд ее зеленовато-карих глаз мог показаться слишком тяжелым, но хорошенькие ямочки в уголках губ искупали этот недостаток. Из-под кокетливо заломленной набок коричневой велюровой шляпки волнами спадали густые золотистые кудри. У ее мужа, который шел следом, было волевое лицо, в выражении которого, однако, читалась легкая ирония. Увидев Родмана, оба замерли на пороге.
– Этого еще не хватало! – в сердцах воскликнула миссис Хартли.
– Входите, – пригласил их полковник Марч, раскачиваясь взад-вперед около камина. – Входите и садитесь. Это инспектор Робертс. Другого джентльмена вы, думаю, уже знаете. Мистер Родман рассказал нам сейчас очень интересную историю…
– Даже не сомневаюсь, – мрачно констатировал Хартли. – И что вы по этому поводу думаете?
– Я думаю, – ответил Марч, – что вы поступили очень глупо, явившись сюда.
В одном Родман оказался прав – Бетти Хартли выглядела испуганной.
– Это он настоял, – сказала она. – Я говорила, что не нужно приходить. Умоляла не делать этого, хотя и не по тем причинам, о которых вы можете подумать. Мы пришли рассказать нашу версию того, что случилось вчера вечером. Но раз мистер Родман настолько любезен, что…
– Моя дорогая юная леди, – сказал Родман так, словно начинал писать письмо. Но тут же спохватился и постарался говорить непринужденнее: – Пожалуйста, поймите, постарайтесь понять, что я действую исключительно в ваших интересах. Посмотрите на себя! Вы вся дрожите. Я всегда сам принимал решения и…
– Ой, да замолчите! – раздраженно перебила его миссис Хартли.
– Что касается меня, – весело заявил мистер Хартли, – я придерживаюсь такого понятия, как «состав преступления». Не хочу вам все объяснять, но уверен, что в детективном романе героям пришлось бы изрядно поломать голову над разгадкой. Вы не сможете повесить меня, пока не найдете хотя бы зубы или волосы жертвы. И в то же время я надеюсь, что, если по округе начнет разгуливать призрак, никто не обвинит в этом меня. – Он поднял глаза, и тон его изменился: – Так почему я поступил глупо, придя сюда?
– Потому что, если я правильно оценил ваши симптомы, вы должны сейчас лежать дома в постели, – ответил полковник Марч. Его голос стал резким. – У вас серьезно ранено плечо, в которое прошлым вечером стреляла ваша жена.
В кабинете повисла такая оглушительная тишина, что стали слышны даже тихие звуки вроде стука шагов и шума закрываемой двери где-то в здании. Лишь спустя какое-то время Горацио Родман осознал смысл слов полковника, вскочил и тут же снова сел. Впоследствии он рассказывал миссис Этчисон, что за всю свою жизнь редко испытывал такие сильные потрясения, как в тот момент, когда увидел испуг на лице Бетти Хартли. Но не меньше его поразили веселые усмешки, которыми обменялись Хартли и полковник Марч.
– Так вы заметили, – сказал Хартли. – Ну и слава богу.
– Кроме того, если вы снова не положите руку в перевязь, вашему доктору это очень не понравится, – настойчиво продолжил полковник, даже не пытаясь скрыть охватившей его веселости. – Прошу прощения, миссис Хартли. Я понимаю, что стрельба в планы не входила, но у вас вряд ли возникнут проблемы из-за…
– Да как вы только можете стоять здесь и смеяться! – воскликнула молодая женщина. – Это было ужасно! Вы просто не понимаете! Я…
– Надеюсь, я все правильно понял, – возразил полковник и обратился к мистеру Хартли: – Вы театральный продюсер?
– И весьма успешный, – уверенно подтвердил он. – Две популярные постановки за последние два года. Пусть и не в Вест-Энде[78]. Но подождите! Вы слышали обо мне? Что смотрели? «Красную шараду» или «Мертвые голоса»?
– По правде говоря, ни то ни другое, – немного смутился полковник Марч. – Мистер Родман весьма подробно пересказал все, что вы ему говорили. И о вашей профессии я догадался по одной реплике о том, что дверь настоящая, а не бутафорская. Ведь такое слово, как «бутафорский», принадлежит театральной терминологии. И та большая коробка с фотографиями в рамках наверняка была из театра, а плакаты – театральными афишами. Но когда я услышал о длинном треугольном углублении в ковре, то понял, что вы, вероятно, пытались воспроизвести в домашних условиях одну знаменитую иллюзию. Не хотите рассказать, с какой целью?
– Мы собирались поставить на сцене «Человека-невидимку», – с энтузиазмом ответил Хартли. – Раньше еще никому не удавалось этого сделать. Но у меня получится. Слушайте! Если взять… – Он осекся. – Вам ведь знакомы основные принципы этого фокуса?
– Полагаю, они достойны упоминания, – с не меньшим энтузиазмом поддержал его Марч. – Речь идет о вариации на тему первой по-настоящему революционной сценической иллюзии последнего столетия. Маг и иллюзионист полковник Стодар впервые представил своего «Сфинкса» в тысяча восемьсот шестьдесят пятом году. На основе тех же принципов великий Маскелайн создал свой «Исчезающий кабинет». С тех пор появилось много похожих «призрачных» иллюзий. Вот что происходило во время представления «Сфинкса». Посередине сцены, задрапированной черными занавесками, стоял круглый столик на трех ножках. На этом столике появлялась голова без тела. Она разговаривала, отвечала на вопросы и все в таком духе, при этом публика видела, что ни под столиком, ни за ним и ни над ним никого нет. Вы ведь об этом слышали? А теперь представьте себе, как выглядит сцена. Она прямоугольной формы. В самом центре – треугольник, созданный ножками столика, и вершина этого треугольника направлена в зрительный зал. Вдоль двух сторон треугольника устанавливаются зеркала. Зрителям кажется, что под столиком они видят черную стену, которая находится за ним. На самом деле они смотрят на отражения двух боковых стен, точно так же закрытых черными занавесками и с таким же ковровым покрытием на полу. «Невидимое» тело, разумеется, скрывается за этими зеркальными пластинами. Вы, мистер Хартли, проявили большую изобретательность в усовершенствовании этого фокуса. В вашей комнате три светлые двери расположены на одинаковом друг от друга расстоянии. Одно из зеркал отражает нижнюю половину двери справа, другое – нижнюю половину двери слева. Стены выглядят совершенно одинаково, ковер доходит точно до плинтусов. Зритель, который окажется напротив столика, сочтет, что видит под ним противоположную стену, дверь в ней и ковер на полу. Но на самом деле перед ним совмещенное изображение фрагментов двух дверей в боковых стенах комнаты. Играя роль зловещего доктора Криппена с его ужасными усами, вам пришлось принять определенные меры предосторожности. Прежде чем включить свет, вы положили перчатки с пистолетом на стол и отошли к окну. В противном случае ваше отражение появилось бы в зеркале. После этого перчатки, которые надела ваша жена и