Брайан Трейси - Пройдя много миль

Всегда спрашивайте копа - не ошибетесь. Первый полисмен, с которым мы заговорили, дал нам имя и адрес человека, который продавал свой Лендровер неделю назад. Мы его нашли и спросили, не может ли он помочь нам или продать свой авто. Он отклонил наше предложение, но дал нам информацию о нескольких возможностях покупки Лендроверов на Гибралтаре. Затем он направил нас еще к одному человеку, мистеру Эрнесту Хартену, которого можно было отыскать на центральных гаражах в центре маленького городишки, расположенного у подножья скал.

Бывалый продавец машин

Мистер Хартен был худым лысеющим малым с самоуверенным отношением к людям, имеющим дело с подержанными машинами - тем, кто казалось, вот-вот скажет: «Берете или нет, мне нет разницы, но только вы никогда не найдете ничего лучше.» Как бы там ни было, но его дружеское отношение рассеяло наши многочисленные сомнения, имеющиеся в отношении покупки поддержанной машины в чужой стране или даже в колонии.

Он выслушал наши требования и душераздирающую историю и уверил нас в том, что знает человека, продающего Лендровер, и предложил нам вечером вернуться к нему.

В последующие три часа мы посмотрели два легких грузовика, пару машин и два Лендровера, включая почти новый, стоимостью 300 фунтов и почти готовый отправиться на свалку, стоящий 90 фунтов.

Мы никогда не покупали Лендроверы раньше, но были далеко не дети в вопросах покупки подержанных автомобилей. На нашем Джеффом счету было 8 купленных, изъезженных и разбитых машин. Существовало одно правило, которого мы всегда придерживались: если корпус хороший, то и внутренности должны быть в порядке, и наоборот. Просто, но верно, и мы никогда от этого не отступали.

Мы находим, то что искали

Когда мы вернулись тем же вечером, мистер Хартен поприветствовал нас улыбкой и провел к автомобилю, который не произвел особого впечатления со своими грязными стеклам, брезентовым верхом и облезшей краской. Мы критически обошли его кругом.

«Он ездит?»

«Если вы хотите, я заведу. Ну вот едит, Как вам?»

«Звучит не плохо.»

Мы обходили его от одного конца к другому, проверяя воду, масло, колеса и затем сели за руль. Тормоза и руль были в порядке. Единственная жалоба была на сцепление. Мистер Хартен уверил, что это будет длиться лишь 5 миль.

Затем мы испытали его на небольшом расстоянии, припарковали в том же месте и вернулись к центральным гаражам за мистером Хартеном. Он хотел 120 фунтов и ни копейкой меньше. Это составляло две трети того, что у нас было. Мы сообщили, что дадим о себе знать через день или два.

«Итак, мы попались», - сказал Боб. «Если мы купим Ровер и застрахуем его, мы будем обречены куда-нибудь на нем поехать».

Столкнувшись с дилеммой

Погруженные в мысли, мы приехали обратно в наш лагерь на пляже, каждый из нас пытался принять решение. Это была странная проблема, и мы не могли решиться, пока были стеснены в средствах. Мы были уже слишком далеко, чтобы возвращаться, но и не могли ехать дальше. Позади нас была Европа, а впереди - Африка. Только одно решение было правильным, и мы пытались его поскорее найти.

Позднее я узнал, что успешных людей отличает интенсивный поиск и ориентация на будущее. Они постоянно ищут пути достижения своих целей и решения своих проблем. Они скорее мыслят в терминах «где я буду», нежели « где я был».

Если мы примем решение в пользу покупки Лендровера, мы должны будем продать наши велосипеды, погрузить все на спины и отправиться дальше автостопом. Имеющихся у нас денег хватило бы как раз для того, чтобы вернуться в Англию, так для того, чтобы добраться до Африки. Но мы не могли сделать и то, и другое. Мы завязли.

Гордость и самоуверенность

«Давайте будем честны», - говорили мы себе. «Мы начинали с того, что хотели чего-нибудь достичь, но мы не собирались это делать, становясь бездельниками, голосующими на дороге, как будто мир был у нас в долгу за наше путешествие.»

В дороге мы встречали многих тунеядцев, клянчивших на проезд и пропитание, в то время, как у них часто бывало больше денег, чем у тех, у кого они просили. Мы не имели ни малейшего намерения становиться похожими на них.

Мы встретили парней, которые хвастали 500 долларами на счету путешественника и 3000 долларов на банковском счете, дома путешествующих автостопом, чтобы сэкономить на выпивку и развлечения в крупных городах, которые попадались на их пути. Мы чувствовали в этом расхождение с принципом ответственности за собственную оплату своих затрат.

Естественно, иногда возникают неожиданные обстоятельства, в которые ввергают нас прихоти судьбы, но существуют также и возможности избежать повторения подобных обстоятельств. Ни у кого нет права возлагать ответственность за свои действия исключительно на благотворительность и предположение, что кто-то другой оплатит счета. Этого следует избегать хотя бы потому, что такого источника может просто не найтись.

Независимость прежде всего

Еще одна причина, по которой мы решили тогда в Лондоне купить велосипеды, заключалась в том, что они давали нам определенную независимость - свободу, которой не наслаждаются те, у кого нет надобности в собственном транспорте. Конечно, мы были далеки от того, чтобы путешествовать как короли, но мы и не ожидали путешествия первым классом. По крайне мере, мы были тремя малыми, не берущими и не просящими чего-либо у страны, через которую проезжали. Мы не были богаты, но мы не были и рабами непредсказуемости проходящего транспорта. Хотя возращение назад было мрачной альтернативой, передвижение автостопом - за исключением случаев крайней срочности или необходимости - воспринималось чем-то еще худшим-.

Страстное желание или попытка получить что-нибудь просто так в любой сфере жизни является деструктивным по отношению к душе и духу индивидуума. Решение же полностью оплачивать свой собственный путь, напротив, укрепляет личность и усиливает характер.

Преданность своим принципам - источник гордости и самоуважения. Попытка жить за счет других - источник позора, Мы отказались это делать.

Нас угнетала денежная нужда, холодная инъекция наличности поставила бы нашу поездку в Африку на ноги. Вопрос заключался в том, где и как нам найти этот эликсир жизни? Рабочая сила Гибралтара состояла из испанцев, зарабатывающих в среднем 15 долларов в неделю. Поскольку еженедельно мы съедали продуктов на большую сумму, мы очень скоро отбросили идею получения работы. Нам оставалось либо занять деньги, либо сдаться.