Поэтическая антология - Манъёсю

Корабль в Цукуси
Не пришел еще,
И все же, несмотря на это,
Уже заранее ко мне пришла печаль,
Что ты уже далеко где-то…

Я тороплю корабль скорее плыть,
На рифы натыкаюсь под водою.
Перевернешься?
Что ж, перевернись,—
Я с радостью погибну ради милой!

Дары, что я принес в священный храм
На алтари богов, что землю сокрушают,
Возьму назад,
Напрасны те дары,
Я все равно с тобою не встречаюсь!

Спокойно жил
И не знавал беды…
И вот на старости невольно
С такою сильною любовью
Пришлось мне встретиться теперь!

Когда я от любви к тебе умру,
К чему мне радости земные?
Ведь только ради дней,
Пока живу на свете,
Любимую увидеть я хочу!

О, если б ты сказала мне, что любишь,
На самом деле не любя меня,
То знай, что боги
Рощ святых Микаса среди полей Ону
Твою узнают ложь!

Ты напрасно только заставляешь
Брови у людей
Чесаться без конца,—
Все равно ты не встречаешься со мною,
О любимая моя!

До этих дней,
Когда настала старость
И пряди черные смешались с сединой,
С такой безудержной тоской
Еще ни разу в жизни не встречалась!

Ты, с кем молва меня связала
Понапрасну,—
На горном сугэ не было плодов,—
Любимый мой, с кем ночи ты проводишь,
С кем спишь вдвоем?

О том, что виделись в Отомо, в Мицу,
Я людям не скажу,
Хоть ночью при луне,
Сиявшей ярко-алым блеском,
Была тогда с тобой наедине!

К тебе, идущему в далекий путь,
Где травы служат изголовьем,
Исполнен я горячею любовью
И оттого я провожал тебя
По побережью дальнему Сика!

В тот день,
Когда минуешь горы
В Суо, в стране Ивакуни,
Богам, как должно, жертвы принеси —
Опасны людям дальние дороги!

Как непрерывно сотнями рядов
Бегут на каменистый берег волны,
У мыса, у священного, шумя,
Так, милый друг, встаю, ложусь ли я,—
К тебе всегда любовью я исполнен!

Песня старшего секретаря Асада Ясу
Как будто бы травою мурасаки,
Которой, говорят, свои одежды
Окрашивают люди из Китая,
О, так же я свое окрасил сердце,
И о тебе все время полон думой!

Когда приблизится печальный день
И ты отправишься, мой друг,
В страну Ямато,—
Олени, что резвятся на полях,
И те подымут крик и будут громко плакать!

Ночь лунная сегодня хороша,
Вода прозрачная с журчанием струится,
Все, кто уходит в путь,
Кто не уходит в путь,
Давайте будем здесь гулять и веселиться!

С тех пор, как тебя проводил,
На кого неустанно глядел,
Словно в ясное зеркало я,—
В час вечерний и в утренний час —
Я в глубокой печали теперь…

Хоть белыми черные волосы стали,
Что черными были, как ягоды тута,
А время пришло
Повстречаться с тоскою,
Что болью тяжелою ранит мне сердце…

Здесь живя, не пойму,
Далеко ли Цукуси?
Верно, в той стороне,
Где далекие горы,
Над которыми тянутся белые тучи…

Как журавль в тростниках
В бухте той Кусакаэ
Бродит в поисках пищи,
Так и я… Как мне трудно!
Как мне трудно без друга!

О, с этих пор
В горах Кинояма
Унылой мне покажется дорога,
А я мечтал, что буду много, много,
Еще несчетно раз ходить по ней к тебе!

Мою одежду
Не давай носить другим,
Хотя ее касались руки
Простого рыбака из Нанива,
Что из воды вытаскивали сети…

О милый сад у дома моего,
Где жил и думал я беспечно,
Что в том саду
Жить буду вечно,
Как вечны небо и земля!

С тех пор, как виделись с тобою,
И часа даже не прошло,
А кажется:
Прошли и месяцы, и годы…
Так сильно мною ты любим!

О милый мой,
Кого хочу увидеть,
Кого люблю всем сердцем глубоко,
Как глубоко сокрыты корни сугэ
В земле средь распростертых гор!

Если только будем жить на свете,
Может быть, и встретимся с тобою…
Почему же ты
Явился мне во сне
И говорил: “Умрем, любимая, в разлуке”?..

Пусть даже мужественный рыцарь
И любит сильно, всей душой,
Но все же
С чувством слабых женщин
Его любовь нельзя сравнить.

Ужель любовь так быстро увядает,
Как лунная трава- цукигуса?
От друга моего,
О ком тоски полна,
И слова до меня не долетает!

Подобно облакам, что поутру встают
Над Касуга- горой
И с ней не расстаются,
О, если б так же ты все время был со мной,
Ты, на кого хочу все время любоваться!

Бывает так,
Что оставляют и уходят,
Но, сердцем всем
Жену свою любя,
Уйти в далекие края возможно ль, милый?

Коль не встречаются,
То, может быть, не любят,
Но, глядя на любимую мою,
Ее без памяти люблю
И потому, что делать мне, не знаю!

На мой подарок, что дала на память,
Гляди всегда и вспоминай меня!
Нить новояшмовых годов длинна —
И долго — сколько годы будут длиться —
Я тоже буду помнить о тебе!

Как сосны мацу на горе Тоба,
Где птицы белые летают,
Все время жду тебя,—
Ведь “мацу” значит “ждать”.
О, эти месяцы, что жду тебя, тоскуя…