Вниз, к звёздам. Том I - Нюта Либра

По-настоящему мы взрослеем не там, где мы покидаем детство, но там, где детство покидает нас. (Б. Тойшибеков)

Июнь 2013

– Как же быстро пролетают детские годы, и самая глупая вещь на свете мечтать скорее повзрослеть, чтобы не зависеть от чужого мнения и делать всё, что в голову взбредёт. А когда этот момент наступает, вдруг понимаешь, что детство – это непорочный и добрый мир, где есть, в чьи объятья окунуться, если за окном шумит гроза. Но тут приходит взрослая жизнь и говорит: «Теперь только ты отвечаешь за себя и свои поступки, ну же, улыбнись, ты всегда мечтал об этом, забавный человек», и долго насмехается за твоей спиной. Ты оборачиваешься назад и не можешь понять, в какой момент ты перестал быть ребёнком, верящим в маленьких фей, гномов, чудищ, живущих под кроватью, и в прочие чудеса. Однако однажды узнав о том, насколько жесток этот мир и сколько в нём грязи, ты не способен разбудить в себе счастье и любовь к каждому кустику и каждой кочке, которые питал когда-то.

– Невозможно, чтобы всё вокруг было так плохо. И, Аня, мы ещё не притронулись к алкоголю, а тебя уже потянуло на философию.

– Вот, пожалуйста, алкоголь – типичный представитель жестокого мира, – натянуто улыбнулась Аня, но подруга никак не отреагировала.

– Кстати, ты не видела Карину? Обещала не опаздывать, а сама, как всегда.

– Перестань, Ксюша, она обязательно придёт. Мне и без того не по себе, – девушка прошлась вдоль пустой стены комнаты и вернулась в своё прежнее место: широкое плюшевое кресло в виде огромной вислоухой собаки.

Ксюша поправила сбившиеся локоны и присела рядом с подругой:

– Я знаю, что ты не горишь желанием встречаться с одноклассниками, и всё же…

– С кучкой лицемеров, которые на протяжении десяти лет вставляли нам палки в колёса, ты хотела сказать? – перебила её Аня и, уловив в глазах подруги неодобрительный блеск, нахмурилась.

– Возможно, сейчас они стали более серьёзными и изменились в лучшую сторону.

– Ненавижу твою веру в хорошее, – пробурчала Аня и отвернулась, – Пора забыть про сказочное перерождение злодея в благодетеля.

Ксюша медленно встала и, прижав голову подруги к себе, тихо произнесла:

– Ты сама отказываешься от миролюбивого и беззаботного детства в пользу испорченной жизни.

Аня попыталась оттолкнуть подругу, но та лишь сильнее сжала её в объятиях.

– Обнимаетесь без меня? Где ваша совесть? – раздался звонкий голос позади. Ксюша повернула голову и увидела невысокую девушку, окутанную чёрной бесформенной тканью, едва прикрывающей верхнюю часть бёдер, но явно прячущей полноту её телосложения.

– Попрошу приветствовать, Её Высочество Непунктуальность, – с трудом сдерживая рвущийся наружу смех, проговорила Ксюша.

– Можете смеяться, сколько угодно, но я нашла нам транспорт на сегодняшний вечер, – с наигранной обидой ответила Карина и прошла в глубь комнаты.

– Если бы поехали с классом на фотосессию в город, не пришлось бы его искать, – запротестовала Аня.

– Напомните-ка мне, кто был против этой идеи? – устремив недовольный взгляд на подругу, спросила Карина.

– Давайте не будем доводить невинные шуточки до нелепой ссоры, – встав между подругами, словно рефери в бою, как бы препятствуя грядущему разладу не только словами, но и действиями, сказала Ксюша.

Карина и Аня решили отступить перед миротворческими пристрастиями подруги и продолжили разговор.

– А что с родителями? – как бы между прочим спросила Аня.

– Они ждут нас в кафе, – незамедлительно отозвалась Карина. Её пухлое и румяное лицо сияло в предвкушении веселья и танцев, двух основных составляющих, без которых она просто не мыслила жизни. Карина хотела добавить к только что сказанному несколько слов, но с улицы послышались автомобильные гудки, и она, не раздумывая, рванула к окну. Резким движением девушка раздвинула занавески, и полумрак, царивший в комнате, мгновенно рассеялся.

– А вот и наши сопровождающие. Стоит поспешить, пока они не уехали без нас, – разом подхватив обеих подруг под руки, Карина потащила их к выходу.

– Перед уходом нужно обязательно посмотреться в зеркало: первое правило уважающей себя девушки, – затормозив процессию, воспротивилась Ксюша. Карина одобрительно подмигнула, а вот Аня высказалась против:

– От того, что мы постоянно смотримся в зеркало, лучше мы не становимся. К тому же, нас, судя по всему, не было дома, когда красоту раздавали.

Ксюша поспешила утешить девушку:

– Каждый человек прекрасен по-своему.

– Только не нужно говорить банальности. И раз уж все так хороши, почему первое впечатление складывается именно по внешности?

– А я всегда считала, что первое впечатление складывается по толстоте кошелька, – вмешалась Карина.

– Когда-нибудь ты поймёшь, что за деньги не всё можно купить и продать, но боюсь, это произойдёт слишком поздно, – со вздохом произнесла Ксюша.

Карина намеренно не стала обращать внимания на замечание подруги и направилась к зеркалу. Она расправила свои накрученные кудри шоколадного оттенка и косую чёлку, внимательно осмотрела всю себя с головы до ног и, остановив взгляд на алых от природы губах, внезапно завопила:

– О Боже, почему никто не сказал, что я забыла накрасить губы?

– Успокойся, займёшься этим по дороге, – бесстрастно ответила Ксюша. Её, по-видимому, краска на лице заботила меньше всего. Она подошла к зеркалу и остановилась чуть поодаль Карины. Вечернее платье из шифона нежно-розовым облаком окутывало стройное тело девушки и её изящную грудь. Нежные плечи скрывались под густыми волнами каштановых волос. На продолговатом лице, с которого, казалось, никогда не сходит улыбка из-за приподнятых уголков рта, словно два чайных озера, светились глаза, и лишь вытянутый носик указывал на упрямую натуру своей обладательницы. Она походила на небесного ангела, пришедшего направлять и исправлять заблудшие души. Аня же, стоящая рядом, напоминала ребёнка, внезапно разбуженного от сказочного сна безумным зовом реальности. Платье лазурного цвета с завышенной талией из органзы и сатина с отделанным кристаллами лифом удлиняло сутуловатую фигуру и прятало ещё не сформировавшийся бюст. Красота девушки была какая-то азиатская, но несмотря на это, постоянно проскальзывала русская натура. Чёрные раскосые глаза, окружённые длинными ресницами и разделённые маленьким курносым носом, испуганно смотрели куда-то вдаль, мимо находившегося напротив зеркала. Маленькие губы были плотно сжаты, избегая даже тень улыбки.

Что соединило столь непохожие характеры и мысли, переплело столь различные судьбы и связало столь противоречивые сердца, – не нужно разгадывать причуды жизни, лучше просто подчиниться им.

Раздался более громкий сигнал автомобиля, и девушки, очнувшиеся от глубоких раздумий, поспешили покинуть полупустую квартиру, до некоторого времени принадлежавшую Валентине Петровне, Ксюшиной бабушке по материнской линии.